Вдова Собчака сенатор Совета Федерации Людмила Нарусова рассказала, что статья "Сахаров, Старовойтова — кто следующий?!" была написана в декабре 1998 году в Париже, через месяц после убийства в Петербурге депутата Госдумы Галины Старовойтовой. По словам Нарусовой, московские и петербургские издания, в редакции которых она обращалась, отказались напечатать этот материал, и до сих пор он хранился в семейном архиве.

"Я не верю в естественность смерти Сахарова — слишком она была неожиданной и очень кстати для его политических противников", — написал Собчак. По его мнению, академика убили, так как его присутствие в политической жизни "оказывало сдерживающее, урезонивающее влияние на всех, кто в ней подвизался", а также "раздражало и вызывало ненависть его номенклатурных оппонентов".

Собчак указал, что Сахаров скончался незадолго до намеченной общесоюзной стачки шахтеров, инициатором и вдохновителем которой он являлся, а также накануне Второго съезда народных депутатов. Смерть Сахарова "существенно ослабила позиции демократических сил, чем и воспользовалась правящая номенклатура", говорится в статье.
По словам Нарусовой, убеждение Собчака в том, что Сахаров умер не своей смертью, основывалось на информации ученого-химика, "очень известного человека", по мнению которого академика отравили веществом, вызывающим остановку сердца и не оставляющим следов.

В разговоре с радиостанцией "Эхо Москвы" сенатор отметила, что прочитала письмо уже после того, как улетела из Парижа, поэтому не смогла тогда подробно расспросить супруга о его выводах. Собчак, по ее словам, просил "по возможности сделать запрос по поводу причин смерти" академика.

Директор Сахаровского центра Сергей Лукашевский отметил, что подозрения в умышленном убийстве Сахарова высказывались еще в 90-е годы, но жена академика Елена Боннэр считала это "скорее необоснованными предположениями". "У Сахарова действительно было больное сердце, его здоровье очень сильно было подорвано во время ссылки, голодовок и принудительного кормления, и неправильного лечения", — сказал "Эху Москвы" Лукашевский.

По его мнению, смерть Сахарова скорее была следствием его пребывания в ссылке и в больницах, но обществу сейчас легче поверить в версию об отравлении, потому что "все видят большое число убийств и попыток убийства, к которым общественные расследователи или зарубежные расследователи считают причастной Россию". "Это очень печальный, тревожный и страшный симптом. И на этом фоне, конечно, те подозрения и опасения, которые высказывались в 90-е годы, получают совершенно иное звучание", — заключил директор Сахаровского центра.