Обычно, когда умирает выдающийся актер, писатель, музыкант или политик, самая пошлая и банальная реакция звучит так: ”Ушла целая эпоха”. В случае с Юрием Лужковым это просто неправда — его эпоха, когда Россия была слабой, но живой, нищей, но свободной и, главное, реально федеративной страной, где некоторые региональные лидеры действительно могли быть политиками федерального масштаба — ушла давно. Даже раньше, чем убрали из политики самого Лужкова. Он был полновластным хозяином Москвы, когда у Москвы и у России еще могло быть больше одного ”хозяина”.

Если бы СССР остался в живых, мы бы сейчас написали, что ”на 84-м году жизни во время операции на сердце в Мюнхене скоропостижно скончался выдающийся советский партийный и хозяйственный деятель, верный сын советского народа Юрий Михайлович Лужков”.

Он действительно был выдающимся хозяйственным деятелем. Настолько выдающимся, что фактически стал олицетворением мема для целого типа российских политиков, а также руководителей предприятий и организаций самых разных сфер деятельности. Мема, который крайне трудно перевести на любой иностранный язык — ”крепкий хозяйственник”.

Сейчас мало кто это осознает, но Лужков по факту был ”мэром Москвы” еще в позднем СССР. Только тогда это называлось председатель исполкома Московского городского совета народных депутатов. Именно Лужкова 12 июня 1991 года сменил в этой должности, переименованной в ельцинской России (еще РСФСР) на западный манер в ”мэра” экономист и один из лидеров новых демократов Гавриил Попов. Но всего через год, 6 июня 1992-го, сам Попов, сославшись на то, что столичным хозяйством должен управлять тот, кто разбирается в хозяйстве, предложил на свое место своего заместителя — Юрия Лужкова.

Казалось, что приход к власти тандема Лужков-Примаков — это коммунистический реакционный реванш

Он действительно был и выдающимся партийным деятелем. В тандеме с тоже уже покойным Евгением Примаковым Лужков предпринял неудачную попытку перехватить власть (но без государственных переворотов, надеясь выиграть парламентские, а затем и президентские выборы), создав партию ”Отечество — вся Россия”. 20 лет назад я писал тексты для агитационной газеты под игривым названием ”„Отечество” не выбирают”. Потому что тогда казалось, что приход к власти тандема Лужков-Примаков — это коммунистический реакционный реванш со всеми вытекающими последствиями. Реванш, как оказалось, пришел несколько с другой стороны и главного реваншиста посадил ”на Россию” своими руками сам Борис Ельцин при активном участии своего ближайшего окружения.

В декабре 2001 года лужковский блок ”Отечество — вся Россия” объединился с появившимся еще в середине 90-х под Виктора Черномырдина блоком ”Наш дом — Россия” и появился блок ”Единство” — так началась история партии ”Единая Россия”. Одним из трех ее официальных со-основателей — вместе с Сергеем Шойгу и доживающим свой век на пенсии экс-главой Татарстана Минтимером Шаймиевым до сих пор значится Юрий Лужков. Только он вышел из своей партии.

У Лужкова была классическая, почти идеальная советская биография.

Родился в Москве 21 сентября 1936 года. В 1958 году окончил Московский институт нефти и газа имени Губкина по специальности ”инженер-механик”. После этого честно работал по специальности в НИИ пластических масс имени Петрова. Молодого коммуниста решили двигать по хозяйственной линии в рамках тогдашних представлений о социальных лифтах. В 1963 году, в 27 лет, он попал в аппарат Министерства химической промышленности СССР. Потом сменил хозяйственную карьеру на политическую. В 1975 году стал депутатом Бабушкинского райсовета (от моего района, между прочим), в 1977-м избрался в Моссовет, где работал до 1990 года. С 1987 по 1990 год был депутатом Верховного совета РСФСР. И вот уже в самом конце советской эпохи возглавил исполком Моссовета — будущую мэрию.

Но Лужков не только создатель партии ”Единая Россия” (так себе, прямо скажем, детище), он — что гораздо важнее — один из создателей страны Россия. 18 лет он правил Москвой. Был ее полновластным хозяином. Покрыл город сложной системой хозяйственных связей. Помог своей второй жене Елене Батуриной стать ”талантливым бизнесменом” и самой богатой женщиной России. Его любили и ненавидели. Он сносил пачками исторические памятники. Он создал лужковский стиль архитектуры, основанный на китче и эклектике. Он сделал Москву одним из самых живых и динамично развивающихся городов мира.

Лужков не боялся резких политических высказываний. Постоянно ”топил” за российский Крым, когда эта мысль казалась Кремлю крамольной, а Украина и подумать не могла о том, что случится в марте 2014-го.

Он был слишком крепким хозяйственником и слишком независимым политиком. Он не заметил, как изменились времена. Кончалась вольница федерации. Путин строил унитарную страну с замашками империи — в 2008 году уже был блицкриг в Южной Осетии.

27 сентября 2010 года Лужкову показали указ о его отставке и попросили уйти добровольно. Лужков отказался. 28 сентября 2010 года президент Дмитрий Медведев, находясь с визитом в Китае, подписал указ об увольеннии Юрия Лужкова с поста мэра с самой резкой из возможных в России официальной формулировкой для главы региона, против которого не заведено уголовное дело: ”в связи с утратой доверия”.

В ответ Лужков, один из лидеров и создателей партии ”Единая Россия”, написал письмо о выходе из партии. Он вроде бы хотел вернуться в политику. Но так и не вернулся. Он вроде бы не имел проблем в отношениях с Путиным. Его ”правая рука”, царь и бог строек лужковского капитализма и ровесник Лужкова Владимир Ресин до сих пор прекрасно заседает в Госдуме.

Но после своей насильственной оставки с поста мэра Лужков так и остался пенсионером, пчеловодом, жителем заграницы и сельской России. И перестал быть политиком. Когда он уходил с поста мэра, его рейтинг сильно превышал 60%.

Лужков, как и Ельцин, и Черномырдин, был воплощением достоинств и пороков нового российского государства, стихийно возникавшего на руинах совка.

…В 2011 году, спустя год после ухода Лужкова, тогдашний глава администрации президента Сергей Нарышкин заявил, что Лужкова уволили по двум причинам: ”Это, во-первых, крайне неэффективное управление городом и, во-вторых, запредельный уровень коррупции, допущенный Лужковым и его окружением”.

В этих словах, особенно про коррупцию, была доля правды. Впрочем, ”запредельная коррупция” начала 2000-х кажется просто детскими играми на фоне коррупции 2010-х. Про то, насколько эффективнее Москва управляется после Лужкова, тоже можно спорить. Но и тогда, и сейчас было понятно, что Лужкова снимали с Москвы, чтобы в ней появились другие хозяева. Никакой глава ренгиона, даже самого богатого, уже не имел права в новой политической реальности быть самовластным правителем. Губернаторы стали просителями или техническими менеджерами. Страна стала корпорацией приближенных к трону.

Лужков, как и Ельцин, и Черномырдин, был воплощением достоинств и пороков нового российского государства, стихийно возникавшего на руинах совка. Он был советским человеком, но при этом человеком практичным, крестьянским по сути.

В конце концов, ”все фигня, кроме пчел”. Я бы сделал на могиле Юрия Михайловича именно такую надпись…