Меня удивила реакция Запада. Точнее, позабавила. Ведь до сих пор было так: у некоей страны возникало желание влиться в Евросоюз, и Брюссель, выдержав необходимую паузу, великодушно позволял это сделать. Однако с оговоркой, напоминающей веселую пьесу Шварца о Золушке, когда героиня просит у мачехи разрешения посетить бал (у Шарля Перро этот момент в сказке прописан не так рельефно, как у гениального советского драматурга). ”Конечно, мы рады принять в свои ряды нового члена! Вот список тех условий, которые вы должны выполнить перед официальным вступлением, а вот — перечень необходимых мер, которые вы должны будете предпринять в последующие годы”.

Не веря своему счастью, все предыдущие кандидаты сломя голову бросались выполнять выдвинутые условия, иногда заметно опережая графики. У всех нас на памяти то негласное соревнование между Эстонией, Латвией и Литвой, которое чуть не подпортило балтийский монолит дружбы и единства. Ведь так хотелось получить похвалу от еврочиновников!

Вступив в ряды ЕС, по крайней мере, эстонцы с удивлением обнаружили, что Брюссель не собирался шутить со своими требованиями и тщательно стал следить за неукоснительным их исполнением. Пока мы подстраивались под одни стандарты, нам стали подкидывать и другие: ничего не поделаешь — евроинтеграция! Это вам не с Москвой в салочки играть! Здесь все по-взрослому!

В 2003 году я голосовал против нашего вступления. И совсем не потому, что не доверял влиятельному европейскому сообществу. Просто не верил (как не верю и сейчас) в сохранение нашей политической самостоятельности, если мы окажемся в организации, совокупный потенциал которой заметно превосходит наш. Кстати, таких скептиков, если помните, набралось аж 40 процентов. По прошествии десяти лет я практически не поменял своей точки зрения, но к ситуации давно адаптировался.

Теперь вернемся к Украине. Зачем ей ассоциация с ЕС, умом я понимаю. Это перспектива получить инвестиции, более свободное передвижение. Зачем Брюсселю Украина? Для того, чтобы вырвать ее из сферы влияния России, в чем косвенно недавно призналась наш евродепутат Кристийна Оюланд. Ну, и, разумеется, чтобы сплавить свою накопившуюся на складах продукцию — количество потенциальных покупателей (чуть не полсотни миллионов жителей!) способно зажечь алчный огонь в глазах любого коммерсанта.

Хотя мне кажется, что в Брюсселе, стремясь выполнить задачу № 1 (отсечь Россию), не слишком просчитали риски. Как это часто бывает, Запад имеет весьма приблизительное представление о менталитете тех народов, чьи интересы он время от времени азартно кидается защищать.

Пример Грузии и фиаско того же Ющенко ни Европу, ни США ничему не научил, поскольку, когда речь заходит о постсоветском пространстве, то там в 95% случаев пытаются усмотреть ”руку Москвы” и всячески противопоставить ”коварству Кремля” свои ”европейские ценности”. Что до последних, то ценности эти с каждым годом становятся все более размытыми и весьма сомнительными.

Если же говорить о российском влиянии, то оно, конечно же, есть. Как есть влияние США, Китая. У Москвы свои геополитические интересы, следовать которым она имеет достаточно оснований. Как бы нас не раздражала кремлевская ”политика мягкой силы”, давайте не будем стесняться признаться самим себе: такая супердержава, как Россия, в отсутствии ясного внешнеполитического вектора еще опаснее, чем с этим вектором. К вектору, по крайней мере, можно подстроиться.

Хотя, конечно, медиадавление (в основном посредством новостей федеральных российских каналов, которые стращали аудиторию ”евроужастиками”) Россия на Украину оказало мощнейшее. Самое любопытное, что, слегка сгустив краски, московские журналисты не так далеко ушли от истины. Другое дело, что многочисленные аналитики явно переборщили с этим нажимом. Как переборщили и в Брюсселе, выставляя Киеву по сути ультиматумы относительно Тимошенко.

По большому счету, многие проблемы могли бы быть сняты, проведи Янукович референдум на предмет желания нации влиться в нестройные ряды ЕС. Но результат волеизъявления можно предсказать уже сейчас: Восточная Украина будет против, Западная — за. Это может только усилить раскол страны — понимая это, ответственные политики не могут устраивать игры в демократию.

Основную ошибку Януковича я вижу в том, что он слишком долго выжидал. Скорее всего, ему отлично были известны все условия, которые выдвинул Брюссель. Даже не вникая в их содержание, можно с уверенностью сказать: эти условия ставили под серьезный удар отношения с Россией. А потерять Россию как крупного и выгодного экономического партнера Киев тоже не хочет. Но самое главное — учитывая потенциал Украины, кидаться в объятия ЕС, не выторговав себе преференции, было бы непростительно. Именно этим сейчас и занимается официальный Киев. А бурлящий Майдан — это всего лишь необходимый элемент большой политической игры: ”экшн”, ”движуха”.

Я не могу не отметить искусство политического маневра Януковича. Взяв тайм-аут, украинский президент сохранил интригу, неожиданно заявив Западу о специфических интересах своей страны. Не факт, что Запад примет аргументы украинского лидера, но у европейского сообщества возник исторический шанс на собственной шкуре испытать особенности национальной политики официального Киева: явный проигрыш он ловко превращает в мелкую, но победу.