Бывший журналист Яна Тоом умеет выразиться остро. Вопрос только в том, всегда ли это нужно. Скепсиса своего она никогда не скрывает, вообще, как будто бы говорит то что думает. Русского избирателя это подкупает.

О прошлогоднем рейтинге самых влиятельных людей Эстонии по версии Eesti Päevaleht и Delfi она сказала так: ”Он заслуживает того, чтобы занять достойное место где-то посередине между политической аналитикой и гороскопом”.

Звезды сошлись таким образом, что ее имя есть и в новом Топе: на 11 строке рейтинга политиков и на 9 месте списка самых-самых влиятельных. Что и стало поводом для нашего интервью.

Для русскоязычных жителей Эстонии вы — один из самых влиятельных политиков. Как бы вы объяснили эстоноязычному читателю — благодаря чему вам удалось добиться такой поддержки?

Влиятельность и поддержка избирателей вовсе не синонимы. Влиятельность в моем случае, очевидно, проявляется в том, что я настаиваю на постановке проблемы. Не даю замести под ковер. Ну а высокая трибуна Европарламента здорово в этом помогает. Что до поддержки, эстоноязычному читателю ничего объяснять не надо — любой избиратель голосует за того политика, который а) максимально полно отражает его взгляды и б) не идет на компромиссы из шкурных соображений.

Чего эстонские политики до сих пор не поняли о русском избирателе?

Что он у себя дома. Без "но".

Должен ли успешный политик быть популистом? Вы — популист?

Мне известно пять определений популизма. Думаю, их больше, но ни под одно из мне известных я не подхожу. А еще есть такое ругательство — популист. Да, меня так называли. Что касается успеха в политике, популярный афоризм vox populi — vox Dei, которым в Западной цивилизации принято обозначать торжество демократии, на самом деле квинтэссенция популизма.

Немало есть эстонских журналистов и политиков, которые Вас боятся и, более того, представляют Вас как угрозу для государства. Как Вы думаете, в чем причина?

Я не верю, что меня боятся политики или журналисты. Мной пугают — это факт, но пугают те, кто сами не испытывают ни малейшего страха. Это часть эстонской политической культуры, и, кстати, это популистский прием — объединить запуганных тобой же людей против общего "врага".

Стоит ли им вас на самом деле бояться?

Как я уже сказала, на самом деле они меня не боятся.

Как это ощущается — голосовать против, когда в зале 99% — ”за”?

Советую попробовать — на следующей редакционной планерке. Поверьте, вы получите большое удовольствие. И, возможно, через пару лет станете главным редактором. Со мной, во всяком случае, именно так и было.

Среди эстонских политиков вы самый частый — если не единственный — гость на российских ток-шоу. Расскажите как человек, который видел процесс их создания изнутри: почему гости и ведущие ведут себя так агрессивно?

Потому что они русские.

Телеведущий Владимир Соловьев — он верит в то, что говорит? Или это выгодное ему амплуа?

Не могу сказать, верит ли Соловьев в то, что говорит, но он определенно знает, что говорит.

Вы смотрите телевизор? Какие программы и каналы?

Крайне редко. И исключительно по интернету — у меня и телевизор не подключен, он для кино. Смотрю политические передачи на эстонских каналах, новости. Российские и западные ток-шоу — когда получаю приглашение, чтобы понять, есть ли с смысл его принимать.

Что должен сделать телеканал ETV+, чтобы его стали смотреть больше 0,5% аудитории?

Уволить Троицкого и пригласить Соловьева. Впрочем, тогда можно не увольнять.

Кто, на Ваш взгляд, самый влиятельный русский в мировой истории?

Думаю, задав этот вопрос ста разным людям Вы получите сто ответов. Владимир Ленин? Сергей Королев? Александр Пушкин? Я, во в всяком случае, с ответом затрудняюсь.

Если бы Вы решили написать ”учебник” для тех, кто хочет стать политиком, как бы он назывался?

Think twice. (англ. Подумайте дважды — прим.ред.)

Если бы вы обладали неограниченной властью или магическими способностями, какую проблему Эстонии вы бы решили?

Отвечать на вопросы о волшебстве я разучилась лет в десять. Но сорок лет назад я бы наверно сказала — минимум 150 солнечных дней в году.