Действительно ли в Эстонии, где уже долгое время — отрицательный прирост населения, а нагрузка по содержанию пенсионеров ложится на работающих людей, число которых постоянно уменьшается? Неужели такой налог может стимулировать рождаемость и не приведет ли он к другим, более серьезным проблемам? И как быть с теми, кто не может родить по медицинским показателям?

”Я ращу двоих детей, и мне очень обидно, что мои подруги все выходные проводят в пьянках и гулянках, а меня считают скучной мамашей, — говорит Ирина. — Они живут для себя, детей не планируют и совершенно не думают о том, что именно мои дети будут содержать их в старости. Я считаю, этот дядечка, который предлагает ввести налог на бездетность, отчасти прав”.

”Мне 30, я замужем, но пока мы не хотим заводить детей, — говорит Анастасия. — Живем для себя, путешествуем. Я не чайлдфри, когда-нибудь я рожу ребенка, но для этого нужно купить квартиру побольше, чтобы у него была своя комната. Зачем ютиться в двушке? У каждого должно быть свое пространство”.

Шокирующие цифры

Согласно данным Департамента статистики, в Эстонии в общей сложности — 261 000 женщин, у которых нет детей. Это составляет более трети от общего количества всех женщин.

Но надо отметить, что в статистике указаны все представительницы прекрасного пола от 0 до 100 лет. И оговорено, что к бездетным относятся и те, у кого на начало 2018 года не было детей. Надо отметить, что туда могли попасть те, чьи дети погибли или уже уехали из страны и взяли гражданство другого государства.

Тем не менее, цифры шокируют. Более чем у 72 000 женщин в возрасте от 20 до 39 лет нет детей. Возможно, кто-то не нашел подходящего мужчину, кто-то не может родить по медицинским причинам, кто-то занят карьерой и другими вещами, а кто-то просто не хочет.
Марина, например, хочет детей, но пока родить у нее не получается. Уже было несколько ЭКО, которые заканчивались выкидышами. Она с завистью смотрит на мам с малышами и старается не останавливаться возле детских площадок.

А некоторые женщины просто боятся ЭКО — ведь были случаи, в том числе, и в Эстонии, когда после неудачной процедуры женщины или лишались дара речи в буквальном смысле, то есть больше не могли говорить, или вообще оставались лежачими больными.

”А меня бесят эти визги, крики, сопли, памперсы, — перечисляет Светлана. — Не хочу детей. Мы замотаны уходом за этим кричащим комком, а мужья смотрят на нас, и вместо того, чтобы помочь — я говорю на примере своих подруг — начинают ходить налево. Оно мне надо? Я хочу оставаться красивой и спокойной и быть привлекательной для своего мужа”.

Мужчины против

Предложение Эспака вызвало и негатив со стороны мужчин. Сначала выступил председатель парламентской фракции Партии реформ Юрген Лиги, который сказал, что налог на бездетность — это зло и вообще пережиток советского прошлого. Мол, не для каждого это — добровольный выбор, так что нечего бередить раны. Да и бездетные так же, как и все остальные, платят за школы, садики, педиатров и прочее, хотя услуг этих не получают, что является, по его мнению, положительным налогом на бездетность.
А потом возмутились и в народе. Опрошенные ”МК-Эстонией” мужчины без детей в один голос сказали, что и так налогов хватает, куда еще новые.

”Я, например, когда знакомлюсь с женщинами, сразу говорю, что ни бывших жен, ни детей, ни алиментов у меня нет, — рассказывает Павел. — Для многих это положительный факт. Мужики, у которых куча алиментов, при знакомстве с девушками проигрывают, потому что те сразу понимают, что львиная доля его дохода будет уходить в другую семью. А тут какой-то налог? Ну уж нет!”

”Я, может, и хочу детей, но еще не встретил ту, с кем их рожать, — говорит Айгар. — С кем попало же не станешь. За что меня облагать налогами?”

”А я, например, усыновил ребенка супруги от первого брака, — говорит Иван. — Своих детей у меня нет, но я его считаю ребенком. И как быть тогда в этом случае?”

”Мне кажется, нужно не налоги вводить, а мышление людей менять, — говорит Анатолий, у которого пятеро детей. — Когда мы всей семьей идем в магазин, на нас смотрят, как на умалишенных. Хотя мы ни разу не были в соцотделе, никаких пособий не просим, и я сам зарабатываю достаточно, чтобы жена могла не работать и сидеть дома. Тем не менее, в глазах окружающих читается: ”Понарожали!” и ”Ну и табор!” В других странах такого нет. Поэтому я сейчас работаю над тем, чтобы перетащить всю семью в Испанию подальше от этих злых глаз”.

Позитивное влияние

В Министерстве социальных дел вообще не захотели данную тему комментировать, отослав в Министерство финансов. Хотя именно Хельмен Кютт, будучи еще министром социальных дел, в ноябре 2014 года предлагала ввести налог на бездетность и призывала обсудить данную тему. По ее задумке, налог мог бы составить 0,5% от зарплаты человека без детей.
Специалист Минфина Дмитрий Егоров отмечает, что фактически, у нас уже есть налог на бездетность.

”Конечно, от названия какой-то принятой меры тоже кое-что зависит, потому что такова психология людей. Именно поэтому и хотят изменить название Больничной кассы на Здоровую кассу — как назовешь, так и поплывет, — говорит Дмитрий Егоров. — Но денежное влияние выражается все-таки в деньгах. Поэтому семьи с детьми у нас получают и налоговую льготу со второго ребенка, и пособия”.

Он подчеркивает, что совершенно неважно, платит ли человек меньше налогов из-за детей или получает пособие — результат тот же: у семьи больше денег. Ведь если у человека есть облагаемый подоходным налогом доход, то при наличии двух детей он получает налоговую льготу и детские пособия в размере почти 1700 евро в год.

”Это позитивное направление, и семьям с детьми больше пользы от того, что они получают дополнительные деньги, а не от того, что семьи без детей платят больше налогов. Таким образом, я не вижу, в чем была бы существенная денежная разница по сравнению с нынешней ситуацией”, — подчеркивает Дмитрий Егоров.