Родившаяся в 1941 году Таисия Данилова сейчас живет в Белоруссии. Ей 87 лет, она довольно плохо слышит, но события тех лет помнит и до сих пор чувствует несправедливость.

Незадолго до восстановления Эстонской Республики она работала в буфете при железнодорожном вокзале в Хаапсалу. У нее была двухкомнатная кооперативная квартира и муж. Но муж вскоре заболел, нужно было ехать лечиться в Белоруссию, и она последовала за ним. Квартиру, по ее словам, продать не удалось, так как время было непростое. Поэтому она оставила там жильца и договорилась приехать через год.

Дела давно минувших дней

Но жизнь сложилась иначе. Муж долго болел и в итоге умер. Сын, живший в Эстонии, тоже умер. Сын, который живет с ней в Белоруссии, по словам Сергея, пьет и маму обижает. И она очень хочет вернуться в Эстонию, где у нее сейчас живет внук с женой и растет правнук.

”Я знаю, у меня тут осталась двухкомнатная квартира. Помогите мне ее, пожалуйста, вернуть”, — просит старушка.

”Мы бы с удовольствием взяли бы ее к себе, — говорит Сергей, — но сами ютимся с женой и маленьким ребенком в однокомнатной, которую снимаем. Вот если бы вернуть бабушкину квартиру и перевезти ее сюда…”
В поисках истины ”МК-Эстония” обратилась в мэрию Хаапсалу, в отдел регистрации. Там пообещали поднять архивы и посмотреть. Ситуация осложнялась еще и тем, что у пожилой дамы нет эстонского личного кода, и досконально неизвестно, как пишется ее имя по-эстонски. Тем не менее, главный специалист городской канцелярии Кайре Вийлусте сообщила, что квартира номер 17 в доме по адресу Яама, 8а, с Таисией Даниловой, по данным Крепостной книги, никакой связи не имеет. Первый собственник там был зарегистрирован в 2000 году, в прошлом году он сменился.

Возможно, квартира за ней не числится потому, что она не была приватизирована? ”Скорей всего, — соглашается чиновник. — Тогда как раз начинался процесс приватизации жилья, были так называемые ”желтые карты”, но многие люди были по-прежнему убеждены, что если им дали квартиру, то она — их, и ничего не предпринимали. Неприватизированные квартиры переходили городу, и город их продавал”.

Наверняка многие помнят, что в начале 90-х было решено год рабочего стажа в Эстонии приравнять к одному квадратному метру общей площади квартиры. Людям выдавали ценные бумаги, которые население тут же прозвало ”желтыми картами” — за цвет. Эти бумаги давали право бесплатно приватизировать то количество квадратных метров, которое равнялось указанному в бумаге трудовому стажу.

Но голь на выдумки хит-ра. Были те, кто не считали нужным приватизировать, были те, кому стажа не хватало, и были те, у кого его было с избытком. Спрос рождает предложение, и в те годы стажем и ”желтыми картами” даже торговали. Однако, как выясняется, данная квартира сменила собственника по другой причине.

Преданья старины глубокой

”МК-Эстонии” удалось разыскать мужчину по имени Кассо Каазик, который много лет назад и купил эту квартиру. Он рассказал, что в 1994 году некий Ивар Лийв, с которым Кассо учился в школе, предложил ему купить двухкомнатную квартиру номер 17 на Яама, 8а.

”Этот парень был сыном одного из тогдашних руководителей Ляэне-Эстонского банка, — рассказывает Каазик. — Сам он там не жил, квартира стояла пустой, даже плиты не было. Он объяснил, что так как дела идут из-за ситуации с банком не очень, то ни денег, ни времени на приведение квартиры в порядок нет. Поэтому он ее и продает”.

Кассо Каазик, которому тогда было 19 лет, после раздумий согласился. Несмотря на то, что 55 000 крон по тем временам были просто огромной суммой, у него они нашлись. Каазик поясняет, что он сам работал в банке, да и мама помогла. В общем, купил он эту квартиру.

”Лийв сказал мне, что сам он ее приобрел в 1992 году, — рассказывает Каазик. — За сколько — не сказал”.

Затем мужчина поговорил с соседкой, которая, по его словам, жила в этом доме с самого начала и прекрасно все помнит, и сообщил новые сведения: оказывается, по воспоминаниям соседки, Таисия Данилова свою квартиру все же продала.

”Она совершенно в этом уверена, — говорит Каазик. — Таисия ходила и предлагала квартиру, неоднократно говорила, что вот-вот ее продаст. Это длилось какое-то время. Потом она также предлагала соседке плиту и номер телефона — тогда домашний телефон был дефицитом. Потом действительно куда-то уехала”.

Любопытно, что Ивар Лийв, продав квартиру, пропал — словно сквозь землю провалился. Когда Кассо Каазик стал его вскоре искать, потому что выяснилось, что в квартире проблемы с канализацией, то найти уже не смог.

”В итоге я все туда покупал сам, делал ремонт, а потом еще и решал проблемы с канализацией”, — рассказывает Каазик.

Он жил в этой квартире до 2005 года, затем сдал ее в аренду, а в прошлом году вообще решил продать. Однако как собственник он числится лишь с 2000 года — по его словам, только в том году можно было образовывать товарищества и вносить квартиры в регистр как отдельную недвижимость, закрепленную за конкретным собственником.

”Так как это были кооперативные квартиры, то приватизировать их было не нужно”, — заверяет Каазик.

Уравнение с несколькими неизвестными

В этой истории много странного и непонятного. Неужели Таисия Данилова действительно могла продать квартиру и об этом… забыть? Она заверяет, что просто пустила пожить в квартиру некоего мужчину.

Был ли им Ивар Лийв или кто-то другой — неизвестно. Пожилая дама имени мужчины не помнит.

Как квартира потом стала собственностью Ивара Лийва? И за сколько? Это так и осталось тайной. Неоспорим только факт, что пожилая дама очень хочет вернуться в Эстонию и убеждена: в истории с квартирой ее обманули.

История с банком

”В этой загадочной истории упоминается и печально известный Ляэне-Эстонский банк. Напомним, он обанкротился в 1993 году и Центральная криминальная полиция возбудила уголовное дело против бывшего директора банка Хейки Краниха.

Банк был должен фирмам и простым людям порядка 28,9 миллиона крон. От продажи имущества удалось выручить лишь 5 миллионов, которые и пытались разделить между 4500 частными лицами и 500 фирмами.

Процесс банкротства длился восемь лет. Последние кроны отдали вкладчикам в 2005 году. Полностью их деньги им не вернули — получилось в среднем лишь 16,5% от их вклада.

Конкретно к Краниху было требований на сумму более 4 миллионов крон. Когда начался процесс, он уже был членом Рийгикогу и генсеком Реформистской партии. В 1996 году его лишили депутатской неприкосновенности, чтобы отдать под суд. Ему предъявили обвинение в расхищении имущества и злоупотреблении своими полномочиями, а также в присвоении в крупных размерах.

Согласно обвинениям, директор Хаапсалуского филиала Ляэне-Эстонского Банка Краних присвоил и растратил имущество банка в размере 90 691 кроны. Также он злоупотребил полномочиями и нанес ущерб Trendy EWI Group в размере 3 393 679 крон. Суд оправдал Краниха.

Хейки Краних в 1999 году стал министром окружающей среды. Он был замешан также в скандале с тайным финансированием партии через фирму R-Hooldus. К сокрытию делающих пожертвования лиц Äripäev причисляла также Сийма Калласа, Андреса Липстока, Мярта Раска и Меэлиса Атонена. Краниха также связывают с пропавшими деньгами ВЭБ-фонда.

Сейчас Хейки Краних является председателем правления Eesti Loto.
Также с банком был связан Ааре Соосаар, который сейчас руководит известной фирмой, выдающей смс-кредиты.