–Что для вас более волнительно — участие в соревнованиях или в шоу? Что нравится больше?

–Ну это вообще абсолютно две разные сферы деятельности, потому что спорт очень важен, без него в шоу особо не пробиться. Я ловил кайф, участвуя в соревнованиях, и на юниорском уровне удавалось занимать очень хорошие места. Там интересен был именно соревновательный процесс, потому что такого адреналина в шоу ты все равно не почувствуешь. Когда участвуешь в соревнованиях, ты видишь зрителей, когда нет права на ошибку, ты понимаешь, что дома по телевизору на тебя смотрят сейчас, переживают — адреналин, вот чего не хватает в шоу.

Зато в шоу раскрываешься с другой стороны. Ты даешь 300 спектаклей в год и каждый раз должен откатать по максимуму. Зрителю не важно, насколько ты устал. Но все-таки ты понимаешь, что право на ошибку есть. А еще в шоу нужно играть, быть актером. В спорте все-таки больше техники.

–Как часто проходят тренировки?

–Репетиции проходят каждый день, когда есть шоу. Если выходной от шоу, то репетиции у нас тоже нет. Бывает и по два выступления в день. До того, как начать тур, мы, естественно, репетируем. Раньше, бывало, сидели на одном месте два месяца и репетировали с 8 утра до 5 вечера. К концу репетиции хочется, чтобы это уже поскорее закончилось, поскорее начать тур, но эта тяжелая работа, без которой никуда.
Фигурное катание стало сложнее

–Следите ли за эстонским фигурным катанием?

–Не могу сказать, что пристально слежу, потому как попадать на соревнования в Эстонии особой возможности нет. С того момента, как ушел из спорта, ни разу не находился здесь во время проведения чемпионата Эстонии по фигурному катанию. Конечно, я знаю людей, знаю, кто как катается, но во внутреннюю кухню практически не влезаю.

–Как вы оцениваете общий уровень фигурного катания в Эстонии?

–У нас было время, когда были очень неплохие девочки, в частности Лена Глебова, которая сейчас директор ледового холла ”Тондираба”. Была у нас спортивная пара Илья Глебов с Машей Сергеевой, они попадали на Олимпиаду, и тренировала их Катя Некрасова, моя первая партнерша в спорте. Танцевальная пара у нас одна была очень неплохая, а вот с мальчиками какое-то время была большая беда — их не было.

–Как относитесь к фигурному катанию в России?

–Да, вот тут слежу очень пристально, а еще за тем, что происходит в мире. Сейчас фигурное катание развивается большими темпами. Усложняются элементы.

–Люди становятся более бесстрашными?

–Ну они, может, были бесстрашными и лет 20 назад тоже, но исполняли не такие сложные прыжки. Да, прыгали четверные, но они встречались один раз за две программы. Сейчас без четверных прыжков никуда, без них ты уже совершенно не конкурентоспособен.

–По вашей оценке, у какой страны сейчас самый высокий уровень фигурного катания?

–В женском одиночном катании однозначно доминирует Россия. Девочки просто шикарные, и их много. В мужском одиночном катании есть шикарный испанец Хавьер Фернандес, еще сильный японец Ханью.

–Вы выигрывали чемпионат Эстонии семь раз. Что надо делать, чтобы стать чемпионом?

–Ну, в общем, мне с какой-то стороны повезло, потому как при распаде СССР у нас появилась своя федерация фигурного катания, и Эстония могла как отдельная страна посылать своих спортсменов на чемпионаты Европы и мира. В нашей стране не было парного катания, и когда меня поставили в пару, то первые три года мы были даже не лучшими в Эстонии, а скорее просто единственными. У нас не было конкуренции. Конечно, чтобы быть чемпионом в любом виде спорта, нужно много тренироваться, потому что далеко не каждому дано от Бога.

–У вас талант от Бога или наработанный?

–Скорее второе. Потому что в какой-то момент у меня не очень шло, не получалось. Наверное, качественный скачок произошел тогда, когда я начал выезжать на крупные соревнования и наблюдал, как это делают другие пары на льду.

В шоу платят больше

–Почему вы решили участвовать в шоу, а не продолжать карьеру спортсмена?

–Скажу честно, что в тот момент думал в первую очередь о финансах. Когда меня пригласили в группу к Тамаре Николаевне Москвиной, то нужно было платить за жилье, еду, тренировки, а денег на тот момент было в обрез. Еще я тогда должен был пройти так называемый годичный карантин, потому что я менял свою страну на Японию, а в это время нельзя зарабатывать и участвовать в каких-либо соревнованиях. Тогда и было решено поехать в шоу, чтобы как-то прожить этот год. А из шоу уже, как правило, в спорт не возвращаются. Так и вышло.

–Придерживаетесь ли вы какой-то особой диеты?

–Я никогда не был предрасположен к полноте, всегда был худой. Я всегда ем то, что хочу. Да, много не ем, потому что просто не могу. Например, в обед съесть первое и второе для меня сложно. Лично я никогда диет не придерживался.

–В каких странах вы уже побывали?

–Проще перечислить страны, где я не был. Я объездил буквально всю Европу, еще были Америка, Канада, Корея, Япония, Австралия, Новая Зеландия, Кувейт, Иордания, Индия и много других стран.

–Вы еще и заядлый игрок в футбол. Как вам удается совмещать вроде бы эти два несовместимых вида спорта?

–Да, я обожаю играть в футбол. Вообще они хорошо совместимые. Конечно, фигуристам нежелательно играть в футбол, потому что можно получить травму. Физически футбол готовит, наверное, получше любого ОФП (общая физическая подготовка — прим. ред.). Там надо много бегать, причем не просто бегать, а еще и резко разгоняться, потом останавливаться, потом бежать в сторону и так далее. Такой рваный бег очень полезен.

–Ваш сын тоже занимается фигурным катанием?

–Это очень больной вопрос для меня. Нет, не занимается. Фигурным катанием нужно заниматься лет с четырех или с пяти, чтобы чего-то добиться. В то время у нас был кочевнический образ жизни, поэтому не было возможности постоянно водить сына куда-то на тренировки. Интереса тоже особого к фигурному катанию он не проявлял. В семь лет мы начали заниматься плаванием. Вот плавание у нас пошло, и до того, как мы переехали в Эстонию, он занимался этим видом спорта.

Подстраиваться, но не прогибаться

–Почему вы вернулись в Эстонию?

–Много лет назад мы начали строить здесь дом, который до конца еще не готов. Рано или поздно мы должны были решить, где осесть и остепениться. Да, в Москве очень много возможностей, но я очень люблю Таллинн, у меня здесь друзья, родственники и здесь я чувствую себя лучше.

–А как же жена?

–В принципе, она не против. Я тоже не был против Москвы, но вот как-то так сложилось, что мы решили приехать в Эстонию. Конечно, ребенку сейчас тоже сложно, потому что он перешел в пятый класс без знания эстонского языка. Но мы стараемся и усиленно нагоняем. В школу он ходит с удовольствием, и это самое главное.

–О чем вы мечтаете?

–Хочу, чтобы сын вырос достойным человеком. Он умный и хорошо учится, поэтому он многого добьется.

–Вы за здоровый образ жизни?

–Да, конечно, хотя считаю, что всего должно быть в меру. Невозможно прожить всю жизнь и ничего не попробовать. Нужно когда-то расслабиться, чтобы психологически выплеснуться. Иначе эмоции будут копиться, и когда-нибудь все это выплеснется. Просто не должно быть перебора, все в меру.

–Есть ли у вас черты характера или привычки, которые вам мешают?

–Да, есть, но скорее они не мне мешают, а окружающим. У меня не самый простой характер. Я всегда буду отстаивать свою точку зрения, если я прав, и неважно, кто стоит передо мной. Но если я пойму, что я неправ, то всегда извинюсь. В этом мире нужно уметь подстраиваться, но нельзя ни в коем случае прогибаться. Еще одна вредная привычка, которая есть в моей жизни, — это курение. Но справедливости ради скажу, что в спорте большинство с вредными привычками — сигареты, выпивка. Хотя это, может, и не очень красиво звучит.

–Это чтобы расслабиться? Зачем это спортсменам?

–Должна быть эмоциональная разрядка. Но — опять-таки — все в меру! Конечно, никто не говорит о наркотиках, это табу. Но, например, в немецком футболе после соревнований команда собирается и выпивает полпинты пива. Там считается, что такой легкий алкоголь хорошо влияет на мышцы после физических нагрузок. Но это же не алкоголизм.