Август вообще сакральный месяц для Европы. В августе 1914-го началась Первая мировая война. Вторая, правда, началась в 1939-м 1 сентября, но как результат генеральных приготовлений, длившихся весь август.

В августе 1991-го произошел государственный переворот в СССР. Именно произошел, и именно переворот, а не его попытка. Потому что, хотя путч и был подавлен, последствия событий этих четырех дней — тектонические сдвиги в массовом и личностном сознании миллионов людей и катаклизмы в виде смены политических режимов в десятках стран и перекраивания государственных границ сразу на двух континентах — сопоставимы с итогами обеих мировых войн.

Во главе колонны

Утром 19 августа я должен был лететь в Москву, чтобы освещать работу Съезда народных депутатов СССР, на котором был аккредитован от газеты ”Советская Эстония”. Но поездка в этот день не состоялась. Уже в дверях меня застал неожиданный телефонный звонок. Мой давний товарищ и коллега звонил из Питера: ”Включи телевизор. В Москве переворот!!!”.

Так я впервые услышал аббревиатуру ГКЧП, а затем несколько часов подряд — вместе со всем прогрессивным (и не только) человечеством наслаждался бессмертным балетом Чайковского ”Лебединое озеро”.

Не будет преувеличением сказать, что тот август стал для Эстонии своего рода бенефисом, который впоследствии оказался лебединой песней.
…В 1988 году ставший одиозной фигурой первый секретарь ЦК Компартии Эстонии Карл Вайно — дед нового главы Администрации президента Путина Антона Вайно — был по настоянию здешней общественности переведен в Москву. С этого момента Эстония прочно заняла место в верхних строчках топ-новостей мировых информагентств.

Расширенный пленум творческих союзов Эстонии 1–2 июня 1988 года, когда впервые было открыто признано существование Пакта Молотова-Риббентропа. Поющая революция, собравшая 11 сентября 1988 года на Певческом поле в Таллинне четверть населения республики (и треть всех эстонцев, живущих на планете). Декларация о государственном суверенитете Эстонской Республики, принятая Верховным Советом Эстонии 16 ноября 1988 года.

Образование Народного Фронта Эстонии и участие в Балтийской цепочке, в которой бок о бок стояли представители всех национальностей, живущих в Эстонии. Кстати, в 1989 году эта живая цепь из полутора миллионов человек, соединившая Таллинн, Ригу и Вильнюс, также пришлась на август…

Все эти и многие другие акции того периода вывели нашу маленькую страну в ряды ведущих мировых ньюсмейкеров. Коллеги из всесоюзных и крупнейших зарубежных СМИ, с которыми в те дни мне приходилось общаться очень часто, узнав, что я из Эстонии, начинали относиться ко мне с явным пиететом: вы там молодцы, давайте так и дальше — мы вас поддержим!.. Эстония пользовалась репутацией катализатора распада советской империи. И действительно, она уже 20 августа, за два дня до того, как путч был подавлен, а участники ГКЧП арестованы, фактически возглавила ”парад суверенитетов”, объявив о своем выходе из состава СССР.

На дворе снова август… Конечно, в смысле судьбоносности 2016 год сильно уступает и 1988-му, и 1989-му, и 1991-му. Но кое-какой креатив проглядывается и сейчас. Через несколько дней состоится парламентский тур выборов главы эстонского государства. И впервые в новейшей истории в список потенциальных насельников Кадриоргского дворца включена: а) женщина и б) она же — русская по происхождению.

Чужая среди своих

В стремлении выдать желаемое за действительное выскажу парадоксальную идею. По-моему (в смысле — мне так хотелось бы), Таави Рыйвас не акцептовал кандидатуру Марины Кальюранд для участия в первом туре президентских выборов из опасения, что Рийгикогу забаллотирует ее по одной простой причине. Точнее — по двум, одинаково простым. Во-первых, премьер-министр не уверен, что все члены Государственного собрания Эстонской Республики настолько прониклись идеями гендерного равноправия, что готовы избрать главой своего государства женщину.

А во вторых, и это главное, он точно знает, что в Рийгикогу не пройдет человек с русскими корнями, и это уже независимо от половой принадлежности.

При этом, опять-таки, по-моему (и с тем же значением слова), глава кабинета считает, что в коллегии выборщиков у Кальюранд больше шансов. Ну, не то чтобы много, но все-таки больше.

Разочарую уже навострившихся комментаторов: я не настолько наивен, чтобы полагать, будто наш ”киндер-сюрприз” вообще хоть на йоту переживает по поводу женственности и русскости нынешнего министра иностранных дел Эстонии. Тут, разумеется, играют роль соображения большой политики — во всяком случае, такие, какими их себе представляет Таави Рыйвас.

Правда, журналисты (например, Вахур Кооритс) и социологи (например, Юхан Кивиряхк) не без оснований полагают, что для живущих в Эстонии русских Марина Кальюранд вовсе не является их соплеменницей, и они безусловно предпочли бы ей эстонца Эдгара Сависаара.

Но, во первых, мнение здешних русских при выборе президента Эстонии играет самую последнюю роль. Тем более что для эстонцев-то Кальюранд как раз является своей. Впрочем, и это вряд ли повлияет на общий итог выборов. Хотя…

Я к тому, что у Эстонии появляется шанс если не снова возглавить марш энтузиастов на пути демократических преобразований в пределах постсоветского пространства, то хотя бы, как минимум, стать пионером (пионеркой?) в комплексном решении проблем гендерно-этнического характера. Боюсь, впрочем, что и этим шансом мы снова — в который уже раз! — не воспользуемся. Да и то: хватит уж, побаловались, скромнее надо быть. А то ходят тут всякие: беженцы, нелегалы, геи, прочие миноритарии, житья от них нет!