Обещанное интервью ”МК-Эстонии” с Маратом Гацаловым до сдачи материала в печать так и не состоялось. Пришлось довольствоваться лишь присланным коротким письменным комментарием. По сути, театр ушел в глухую оборону вместо того, чтобы открыто объяснить причины зачистки в труппе.

По словам пресс-секретаря Русского театра Андреса Ингермана, они даже не могут обнародовать имена тех, с кем отказались продлить договоры — потому что это не согласовано с другой стороной, вдруг актерам будет неудобно, что их имена разгласили.

В присланном же ответе Марата Гацалова говорится, что они хотят вернуть таких актеров, как Леонид Шевцов, Лидия Головатая, Лилия Шинкарева и Елена Яковлева. ”Актеров, которые составляли славу этого театра и посвятили ему свою жизнь. Они замечательные артисты. Наш театр нуждается в профессионалах такого уровня. Также мы приглашаем в театр молодых талантливых русскоязычных актеров Эстонии: Александра Кучмезова, Сергея Фурманюка, Алину Кармазину и Татьяну Космынину”, — написал Гацалов.

Получается, не продлевая договоры с одними, просто освобождают место для других. И возвращают в театр тех, кого уволили при прежнем худруке Наталии Лапиной.

Любопытно, что буквально через несколько часов после того, как было заявлено о невозможности разглашать имена, сам Гацалов их все же назвал в интервью порталу rus.err.ee. Итак, уволенные — это Даниил Зандберг, Вадим Малышкин, Дмитрий Кордас, Николай Бенцлер, Александр Синякович и Михаил Крячок. Видать, всестороннее согласие на оглашение фамилий было получено…

Стоит отметить, что ситуация со срочными договорами — довольно хитрая и удобная для руководства. Каждый год большая часть труппы должна подписывать свои договоры с администрацией снова, таким образом, раз в год руководство может под любым предлогом не продлевать договор с неудобными сотрудниками. И, по словам актеров, практически каждый год в договоры добавляются новые пункты.

Однако, по мнению Екатерины Кордас, которая входит в Союз театральных деятелей и с супругом которой Дмитрием Кордасом тоже не продлили договор, такие же условия действуют во многих других театрах, и ничего особенно в этом нет.

По действующему в Эстонии закону, существует ограничение на многократное последовательное заключение и продление срочного трудового договора, о чем уже писала ”МК-Эстония” (http://www.mke.ee/sobytija/srochnyy-trudovoy-dogovor-nelzya-zaklyuchat-beskonechno).

Однако в том же Законе о трудовом договоре говорится об исключении, под которое попадают актеры. И на это как на нарушение прав артистов обращала внимание Еврокомиссия. Но закон менять, похоже, не собираются, а значит, и театр не сделал в этом случае ничего противозаконного.

Ситуация с Русским театром осложняется разве что тем, что конкурентов у него в Эстонии нет, и актеры, с которыми отказались продлить договор, фактически оказываются на улице.

По идее, актеры могли бы многое рассказать о том, что на самом деле происходит в Русском театре, однако ни один из сотрудников — бывших или настоящих — согласно договору, не имеет права разглашать коммерческую и вредящую имиджу театра информацию. Почему установлены такие жесткие правила? Пиар-отдел театра не видит никаких проблем, называя это типовыми условиями.

Хотя, казалось бы, Русский театр — не закрытое предприятие, где производятся секретные разработки и научные исследования. Это даже не государственное учреждение, где есть документы с грифом секретности.

Впрочем, не видит в этом проблемы и Данил Липатов из юридического бюро Progressor. По его мнению, в трудовом договоре могут быть любые штрафы и санкции, и если человек добровольно этот договор подписывает, то, значит, на то его воля. ”Вероятно, Русский театр хочет соблюсти коммерческую тайну. Эти пункты не являются вопиющими”, — полагает юрист.

По словам Ингермана, прецедентов, когда бы театр подавал в суд из-за нарушения данных пунктов договора или требовал бы с работников штраф, не было.

Статья целиком опубликована в свежем номере еженедельника ”МК-Эстония”.