Анти и Меэли развелись, когда дочь была еще маленькая. Согласно договоренности, девочка осталась жить с матерью. С отцом в первое время она виделась довольно часто, и проблем не было. До той поры, пока у женщины не появился новый спутник. Вместе они решили, что теперь у ребенка новый отец и биологическому в их жизни не место.

Женщина перестала отвечать на звонки Анти, а если и брала трубку, то о том, чтобы он мог провести время с дочерью, и слышать не хотела. Анти жил в одном городе, Меэли с ребенком в другом. Прежде это не было препятствием для встреч, но теперь мужчине однозначно дали понять, что он не нужен.

Анти с этим не согласился и в 2016 году обратился в суд с ходатайством об установлении порядка общения с дочерью. Поскольку Меэли буквально скрывала ребенка от отца, то суд удовлетворил его ходатайство о первичной правовой защите и постановил, что отец и дочь в течение всего судебного процесса должны видеться на каждых вторых выходных.

Несмотря на то, что данное постановление подлежало немедленному исполнению и отец каждые две недели ездил в другой город, встретиться с дочерью ему не удалось ни разу. Меэли игнорировала решение суда и отказывала бывшему мужу во встрече с ребенком.

В подобных случаях на помощь можно призвать судебного исполнителя и полицию, которые без согласия второго родителя могут отвести ребенка на встречу. Но Анти не хотел пугать дочь (ей на тот момент было семь лет), поэтому к таким мерам прибегать не стал.

Далее состоялось несколько заседаний, на которых суд объяснил женщине, что ребенок имеет право встречаться с отцом, что это в интересах ребенка и мать не должна это запрещать. Женщина парировала, что лично она не имеет ничего против общения дочери с отцом, но девочка сама этого не хочет, а заставлять ребенка она не вправе.

По словам женщины, бывший муж — плохой отец, который в недостаточной степени интересовался ребенком. По какой причине дочка внезапно ополчилась на отца, женщина сказать не смогла. По телефону мужчина также не мог общаться с дочерью, так как мать сменила ее номер, а новый давать отказалась.

При этом сотрудники службы защиты детей как по месту жительства отца, так и по месту жительства матери отметили, что общение с отцом — в интересах ребенка. По их мнению, Меэли передала свое негативное отношение к мужчине ребенку, который теперь выражает ее позицию и чувства, а не свои. Специалисты отметили, что мать и ее новый спутник жизни оказывают на ребенка влияние.

В 2018 году уездный суд принял окончательное решение и установил порядок общения отца и дочери. Мать опротестовала его. По ее мнению, установление порядка противоречит желанию ребенка не общаться с отцом. Окружной суд постановил, что отец и дочь должны видеться в течение одних выходных в месяц. Мать оспорила и это решение, но государственный суд не принял его в производство.

Решение вступило в силу прошлом году, но ничего не изменилось. Мужчина уже четыре года не видел своего ребенка, так как, по утверждению специалистов, Меэли сознательно настроила дочь против отца.

Эта история не уникальна. Изданию известно о случае, когда отец выкрал у матери детей: тайно забрав детей из детского сада, переехал с ними в другой конец Эстонии. С матерью видеться не разрешал. Одного ребенка он позже вернул, но второго мать за несколько лет видела считанные разы. По этому делу также имеется действующее судебное решение, которое отец игнорирует. Он оспаривает все штрафы, при помощи которых судебный исполнитель пытается призвать его к порядку. Не действует на мужчину и уголовное дело, возбужденное в его отношении за игнорирование решения суда.

По словам присяжного адвоката Карины Лыхмус-Эйн, зачастую оказавшиеся в подобном положении родители чувствуют себя одиноко и им кажется, что помощи ждать неоткуда. Суд свою работу сделал, равно как и служба защиты детей, и, если даже судебный исполнитель не в силах повлиять на ситуацию, то положение оказывается безвыходным.

”На самом деле многие дети растут в обстановке, когда один из родителей ”удален” из их жизни, и они не общаются”, — говорит Лыхмус-Эйн.

Согласно судебной практике, иногда ребенку назначается специальный опекун, который организует общение ребенка с родителями, находящимися в разводе. Но и в этом случае ничего нельзя сделать, если родитель просто не пускает чиновников на порог.

”Многие родители, которые не могут общаться с детьми, в итоге просто устают. Невозможно бесконечно слушать, как твой собственный ребенок говорит, что не хочет тебя видеть или проводить с тобой время. Этим родителям тоже нужно жить своей жизнью и все это пережить. У них нет сил — ни моральных, ни финансовых — чтобы бороться с этой ситуацией”, — отмечает адвокат.