Вы были на коалиционном ужине 16 декабря?

Нет.

Почему?

Я считаю, что не должна была быть там. Выражаясь русским языком, я была бы не в своей тарелке.

Pärast järjekordset tavalist tööpäeva kõlistasid peaminister Jüri Ratas ja siseminister Mart Helme jõululauas klaase kokku.
Foto: Andres Putting

В интервью журналу Tervis Pluss вы сказали, что до знакомства с Меэлисом Кубитсом вы не понимали, зачем проводить время с друзьями.

Я была примером классического трудоголика, много времени уделяла работе. Уйти с работы в пять часов — это было совершенно не про меня. Я знала, что работа закончиться не может. Считала, что это и есть самая качественная инвестиция времени в себя.

Я не получала особого удовольствия от того, что сижу в кафе и веду светские беседы. Большая часть времени уходила на работу. Когда в 2010 году родился ребенок — сейчас Уме-Софии 9 лет — приоритеты изменились, на первом месте оказалась она. Когда в моей жизни появился Меэлис, то он доходчиво объяснил, что есть еще и близкие люди, друзья, которые разделяют твои взгляды. Теперь понимаю, что проводить время с друзьями — тоже хорошо.

Кажется, что сегодня в политике у вас совсем нет друзей.

В политике их найти сложно. Хотя политика подарила мне нескольких близких друзей. Назвать их не могу. Что касается одиночества, то я знаю, что есть люди, которые поддерживают меня в моих высказываниях. Естественно, есть те, кто не поддерживает.

Как вы сейчас общаетесь с однопартийцами? Вы же голосовали против коалиции Isamaa, EKRE и Центристской партии и по многим другим вопросам ваша позиция расходится с общим мнением коллег даже по партии Isamaa.

Я очень осознанно выбрала партию Isamaa, когда пошла в политику пять лет назад. Я консерватор, выбор партии был для меня логичным. Это мое мировоззрение.

Еще пять лет назад стало понятно, что популярность набирает консерватизм иного толка. Я вижу это очень четко: где заканчивается Isamaa, начинается EKRE. И для меня Isamaa представляет разумный консерватизм. Пять лет назад я хотела оттянуть от EKRE людей, которые придерживаются разумного консерватизма.

Поэтому мое поведение в парламенте говорит не о борьбе с партией, не о борьбе с мировоззрением. Оно говорит о том, что мое мировоззрение можно отстоять и другим способом, мои поступки говорят о том, что я бы выбрала дорогу, отличную от той, которой сейчас идет моя партия. В любой коалиции важно не потерять свое лицо.

Да, я не проголосовала за нынешнюю коалицию. В других голосованиях, где моя позиция отличается от мнения коалиции, мне важно отстаивать свои ценности приемлемым для меня образом. Иной раз это приводит к жарким дебатам внутри партии. У нас у всех одно мировоззрение, но иногда мы по-разному видим то, как можно поддерживать и отстаивать свою позицию. Например, когда был выражен вотум недоверия Марту Хельме, своим голосом я дала четко понять, что министр не имеет права так высказываться (речь идет о словах Хельме в адрес премьер-министра Финляндии, сказанных 15 декабря, — прим. ред.). Так я поддерживаю свое мировоззрение.

Почему вы не вышли из партии, чтобы отстоять свое мировоззрение?

Я борюсь не со своей партией. Я отстаиваю понимание того, что можно идти другой дорогой, не той, которой идет сейчас моя партия. Сегодняшнее руководство партии выбрало такой путь, я считаю, что он неправильный. Но я согласна с нашими ценностями. Поэтому, уйдя из партии, я откажусь от своего мировоззрения. Но это неправильно. Я спорю с руководством партии, говорю, что нашу позицию мы могли бы выражать иначе.

Может показаться, что я одна. Нет. Я знаю, что я не одна. Даже внутри партии есть такие люди, кто меня поддерживает, но они могут, например, не состоять во фракции. Или могут быть непубличными. Если бы я ушла куда-то, то оставила бы и своих единомышленников.

Вы говорили, что предупреждаете о своем выборе перед голосованием. Как это происходит?

В понедельник мы обсуждаем события предстоящей недели, важные пункты, высказываемся, проговариваем видение ситуации. Если ты с чем-то не согласен, то это самое правильное место и время, чтобы заявить об этом. Я заранее сообщаю о принципиальной позиции, например, по вотумам недоверия Марту Хельме (за время работы этой коалиции было четыре вотума недоверия, — прим. ред.) или о других ключевых моментах.

Как на это реагируют коллеги?

Кому-то это совсем не нравится, кому-то нравится.

Кого больше?

Не скажу. Вы же видите, как проходят голосования.

Вас пытались отговорить от вашей позиции в пользу единства в партии?

Каждый раз идет дискуссия. Я пытаюсь убедить, меня пытаются переубедить. Это нормально.

Aivar Kullamaa

Считается, что Центристская партия практически единственная защищает русского избирателя. По крайней мере, ее поддерживают около 40% русскоязычных жителей Эстонии. А сейчас, получается, что вы голосуете против Урмаса Рейтельманна, а другие русскоязычные центристы его поддерживают.

Я никогда не исходила из соображений, поддерживающих разделение политиков на эстонцев и русских, женщин и мужчин. Если Рейтельманн позволяет себе оскорбительные высказывания, и я считаю, что это недопустимо, то я не понимаю, почему я должна за него проголосовать, даже если меня об этом попросят в партии. Для меня вопрос был в том, что если ты голосуешь и поддерживаешь Рейтельманна, то действуешь ли ты при этом в соответствии со своими ценностями или отстраняешься от них? Я поняла, что если я проголосую за него или против вотума недоверия Хельме, то я предам свои ценности, а не поддержу их.

Что касается русскоязычных избирателей и Центристской партии, то еще до первых выборов в 2015 году я говорила, что центристы отправят русского избирателя на Голгофу, а сегодня мы уже видим очертания Голгофы.

К тому же, я уверена, что если бы русскоязычные политики не захотели бы этой коалиции, то она не появилась бы этой весной. Михаил Кылварт и Яна Тоом получили свои места и самоустранились, Владимир Свет и Вадим Белобровцев не пошли в Рийгикогу и теперь критиковать эту коалицию им очень просто. За бугром это делать очень легко. Но всегда можно как минимум проголосовать за или против — именно на это и дал тебе право твой избиратель, основываясь на том, что ты ему говорил до выборов.

Я услышала лидера своей партии (председателя Isamaa Хелира Вальдера-Сеэдера — прим.ред.). Понимала стратегию. Но себя в качестве министра я не увидела (Виктории предложили портфель министра народонаселения, — прим. ред.). Проголосовать за создание этой коалиции тоже не смогла.

В политике всегда нужно отвечать на вопрос, что ты готов сделать, чтобы отстаивать свои ценности. Когда я подхожу к зеркалу, я должна уверенно смотреть себе в глаза. После чего ты не сможешь смотреть себе в глаза? Что сложнее: сказать своим ребятам о том, что можно идти другой дорогой, получить обратную связь, несогласие, но попробовать отстоять свое видение или пойти на компромисс и понять, что завтра себе в глаза смотреть уже будет неприятно?

Вы открыто говорите, что не поддерживаете Марта Хельме. А премьер-министру Юри Ратасу верите?

С Юри Ратасом мы были в предыдушей коалиции. Как я весной говорила, я высказываюсь о третьем партнере коалиции — EKRE. Об их недопустимой риторике. Ратасу сейчас тяжело. Ратасу я доверяю.

Вы с радостью идете на работу?

5 лет назад, когда я только прошла в парламент, я шла на работу с невероятной радостью. У меня сразу пошла работа с Домами эстонского языка. 2019-й — самый сложный мой год в политике. Я иду на работу со сложными эмоциями и ощущениями. Я знаю, какие у меня цели, какие дела я должна доделать. Но это не ощущение радости.

Во время нашей беседы вы часто говорили слово ”ценности”. Выделите несколько самых важных.

Права человека. Государственная безопасность. Семейные ценности — создание ситуации, в которой паре хотелось бы иметь много детей. Вера.

Foto: Aivar Kullamaa

Вы отмечаете Рождество в декабре или январе? Как Новый год будете праздновать?

Для меня эстонское Рождество — государственный праздник. Я его принимаю и поддерживаю, но праздную Рождество в начале января. Так как дочка воспитывается и в эстонских, и в русских традициях, то мы не лишаем ее праздников. Она тот самый счастливый человек, к которому гномики ходят с начала декабря до Старого Нового года.

Рождество — тихий и семейный праздник. Душевный. А Новый год, это, скорее, праздник с близкими друзьями и родственниками, круг за столом немного шире, чем на Рождество. Мы по традиции собираемся все вместе, я сама готовлю, будет традиционный салат оливье.

Поделитесь рецептом.

Рецепт очень простой — не надо жалеть продуктов. Я покупаю качественные товары. Колбасу в салат не кладу, кладу отварное мясо. У меня получается вкусный оливье, я им потом с удовольствием делюсь.

Еще буду готовить зразы. Бабушка передала рецепт моей маме, мама передала мне. Это украинское блюдо, но рецепт с Юга России. Это картофельные, можно сказать, пирожки. Вместо теста используется пюре, внутри мясо и грибы. Очень вкусно со сметаной.

Охарактеризуйте нынешнюю коалицию одним предложением.

Разрыв шаблона.