В одной из своих статей Таммару написал, что Таллинн — одна из столиц Европы с самым быстрым ростом сегрегации. В Таллинне начиная с 2000 года сильно ускорилась поляризация между районами, где селятся зажиточные слои населения, и где проживают люди с низким уровнем дохода.

По его словам, более зажиточные жители переселились ближе к морю, а более бедные, в первую очередь неэстонцы, остаются жить, чаще всего, на периферии — в Ласнамяэ, Вяйке-Ыйсмяэ и т.д. При этом среди зажиточного населения преобладают эстонцы, который предпочитают жить в Пирита, Виймси и прибрежных районах Кесклинна. Последним районом, который противостоял этим изменениям, был Копли, но теперь ситуация меняется и на полуострове.

Особенно профессора беспокоит судьба спальных районов столицы, как Ласнамяэ и Ыйсмяэ.

"Если вспомнить советское время, то тогда новостройки появлялись в Мустамяэ, Ыйсмяэ и Ласнамяэ, где имелись горячая вода и центральное отопление. В Каламая, Кесклинне и Кадриорге же были дома довоенного периода, где не было удобств. Каламая называли гнилым районом, там население было более бедным и менее образованным. Населением Ласнамяэ, напротив, имело уровень образования выше среднего", — рассказывает Таммару.

Он отмечает, что во времена СССР население распределялось более равномерно, так как квартиры получали через предприятия, и в одном панельном доме жили как директор, так и простой рабочий.

Теперь же ситуация изменилась. В Каламая и центр Таллинна переехали многие зажиточные и образованные люди из спальных районов, из-за чего в Ласнамяэ и Ыйсмяэ значительно понизился уровень образования и должностного статуса.

При этом Мустамяэ сейчас опасений не вызывает — в этот район с удовольствием переселяются, а близость Таллиннского технического университета привлекает молодежь. Главная проблема Мустамяэ — как привести в порядок находящиеся там панельные дома.

По мнению профессора, если в остальных районах развитие движется в положительную сторону, и они не вызывают беспокойства, то больше всего нужно заниматься будущим Ласнамяэ, а за ним следует Вяйке-Ыйсмяэ. В этих районах цена жилплощади ниже, поэтому там собираются люди с низким уровнем образованием и дохода.

"Необходимо следить, чтобы этот тренд не набрал слишком большие обороты", — подчеркивает Таммару. Он не хочет называть их "районами для бедных", ведь сейчас нет опасности, что они станут такими районами, как есть в Париже, где процветают нищета и преступность, но тенденция движется в этом направлении.

"Если мы позволим пустить все на самотек, то такой риск может возникнуть. Опыт городов Западной Европы показывает, что проблемы очень быстро появляются, если в один район стекаются более бедный, а в другой — более богатые. В итоге действуют уже три фактора — место жительства, социальный слой и этническая группа", — отмечает он.

В Таллинне нет большого числа мигрантов, как в крупных европейских городах, но зато русскоязычное население предпочитает селиться в Ласнамяэ, где русские уже составляют 70% от всех жителей, приводит пример Таммару.

Самый негативный сценарий для этих районов — если увеличится приток мигрантов в Эстонию, которые будут приезжать сюда для выполнения более простых работ. Профессор объясняет, что эти люди, скорее всего, могут позволить себе жилье лишь в более дешевых районах столицы. В итоге получится замкнутый круг — люди с низким доходом скапливаются в районе с панельными домами, их дети идут в местную школу и между жителями столицы вновь возникают будто параллельные миры.

"Европейский опыт показывает, что противостояние возникает именно со вторым поколением мигрантов. Первое поколение сравнивает свой новый дом со своей родной страной и видят, что теперь у них жизнь лучше. Но из дети сравнивают себя уже со своей новой родиной, и видят, что они тут живут хуже других", — говорит Таммару.

Профессор также считает отрицательным то, что в Ласнамяэ на Раадику находится много муниципальных домов — слишком много было построено в одном районе.