Многие иностранцы знают: если в Таллинне разрешение не получить, следует обратиться, например, в Маарду. Оттуда желающего направляют дальше в Северо-Эстонский центр общественного транспорта, который языковой вопрос не учитывает.

Должен и не должен владеть языком


В Законе об общественном транспорте о владении языком нет и речи. Эту оговорку удалили оттуда после спора из-за владения языком нарвскими таксистами. Но каждое самоуправление имеет право устанавливать сои дополнительные условия. Работающие в Таллинне таксисты должны владеть эстонским языком на элементарном уровне. Город установил обязанность по Закону о языке: оказывающий услугу должен быть способен разговаривать на уровне В1. И такси ведь является услугой.

"Таксист ведь не должен быть гидом по Таллинну, — говорит Айвар Мельников, который руководит в Мупо отделом таксоизвоза. — Но представьте себе ситуацию: клиента после вечеринки начинает тошнить в такси и он просит сделать остановку. Таксист не понимает, едет дальше, как робот…" Человеческое общение должно быть возможно и в том случае, если поездка будет сделана и словом не перекинувшись, считает он.

Хотя Bolt и Uber заверяют Ekspress, что им клиенты не жаловались по языковым вопросам, иногда в МуПо поступают жалобы, что с таксистом невозможно было общаться. Начальник Мельникова, глава МуПо Айвар Тоомпере считает, что языковое требование к таксистам — вопрос справедливости. Почему тогда требовать того же от кассира Maxima? Или от пожарников?

Член правления партнерской фирмы Uber в Эстонии Uued Teenused Хенри Линд считает, что в части языкового требования государство могло бы быть более гибким, потому что это открыло бы двери большему числу так называемых воскресных таксистов — подрабатывающих таксоизвозом.

"Посмотрите, какое долгое иногда время ожидания. Это показывает, что желающих ехать больше, чем таксистов. Это хороший трамплин для начала работы для иностранных студентов или иностранцев, которые вступили в брак с эстонцами", — считает он.

Два права: Таллинн vs. Маарду


В действительности не в компетенции МуПо проверять чье-либо владение языком. По словам Тоомпере, они исходят просто из логики, что если человек не способен заполнить заявление на эстонском языке, очевидно, его владение языком было бы недостаточным и при проверке в Языковой инспекции. Какой смысл им выпускать на улицу не знающего языка человека, которого они позже в ходе проверки задержат и который тогда все-таки попадет на рабочий стол инспекции, рассуждает Тоомпере.

Но именно по той же причине, что установление владения языком — дело только Языковой инспекции, этого не требует некоммерческая организация, которая занимается организацией разрешений на таксоизвоз Маарду и еще десятка ближайших к Таллинну волостей.

MTÜ Põhja-Eesti ühistranspordikeskus начала заниматься вдобавок к автобусам и такси, когда Таллинн несколько лет назад установил более высокие требования к качеству автомобилей. Таксисты со старыми машинами после этого наводнили ходатайствами Маарду. Чтобы уменьшить нагрузку в местных самоуправлениях, делопроизводства собрали в MTÜ.

Работник MTÜ Райдо Неэдрит когда-то работал в МуПо и понимает, почему Таллинн устанавливает более строгие правила. Но он также признает, что из-за неуступчивости Таллинна создалась плохая ситуация, когда водители получают разрешение и, разъезжая по Таллинну, все-таки нарушают предписания. Он подчеркивает, что исходит только из Закона об общественном транспорте и что объясняет ситуацию и будущим таксистам, которым в Таллинне незнание языка может создать проблемы.

Таллинн в этом году рассмотрел почти 2000 заявлений, а Неэдрит в 10 раз меньше — 214. Он видит, что сейчас ситуация хорошо управляется: платформы по больше части не разрешают водителям без проверки биографии, то есть без служебной карточки, ездить через свое приложение. МУПо проводит проверку и также может выборочно посмотреть на разрешения таксистов.

"Мы ждем, чтобы кто-нибудь подал на нас в суд из-за языкового требования!" — говорит Айвар Тоомпере, потирая руки. Прецедент окончательно бы решил, какой подход правильный — Таллинна или MTÜ.

Yandex — посредник для хулиганов?


Но стать водителем Bolt или Uber невозможно так, что скачай приложение, повысь уровень владения языком и езди, сколько душе угодно. Водителю нужны три разрешения: служебная карточка, карта транспортного средства и разрешение на таксоизвоз. Последнее есть у самого Bolt, и так таксист может подписаться под него. У Uber ни одного разрешения на перевозки нет — он использует для этого фирмы-посредники. Также Yandex, у которого целых 17 "фирм-ответвлений".

Картой транспортного средства автомобиль регистрируют как подходящий для такси — сделаны ли техосмотр и страховка. Последняя для такси обычно как минимум в четыре раза дороже, и поэтому такси в приложениях иногда не ходатайствуют о карте транспортного средства.

Самая важная из них, пожалуй, служебная карточка. Без нее в идеале к приложению доступ не получить. По меньшей мере это действует в Bolt и Uber (последний также требует номер карты транспортного средства). При ходатайстве о служебной карточке проводят проверку биографии водителя: есть ли водительские права и право на работу, нет ли действующих нарушений или уголовных наказаний. Примерно 15% заявлений МуПо отклоняет, поскольку у водителя криминальное прошлое.

О карточке можно ходатайствовать по всей Эстонии, и она бессрочная. После узаконивания приложений такси количество ходатайств о разрешениях быстро выросло.

В Таллинне ежедневно подают примерно 12 ходатайств, год назад в день подавали примерно восемь ходатайств. Таллинн и Тарту также являются единственными самоуправлениями, которые осматривают автомобиль ходатайствующего своими глазами. В прошлый четверг Мельникова ждали 32 машины. Это рекорд примерно двух лет. Но невозможно сказать, что бум принесли только не знающие языка иностранные водители.

Глава Bolt в Эстонии Алексей Колесников, так сказать, на основании внутреннего ощущения, оценил, что у них в Таллинне среди таксистов 45% эстонцев, 45% русскоязычных эстонцев и 10% иностранцев. Но Bolt не ведет учета национальностей или других личных показателей таксистов и не собирает такие данные.

В Таллинне сейчас примерно 10 000 служебных карточек, и до того, как примерно год назад дали обязанность МуПо, кажется, что карточки раздавали более легко. В прошлом году МуПо аннулировала служебные карточки 184 водителей, поскольку у них было криминальное прошлое. (В этом случае приложения такси узнают об этом, и Bolt и Uber блокируют человека в приложении). У одного мужчины был список грехов и преступлений на целых четыре страницы A4 — от нарушений ПДД до ограблений и наркопреступлений. Больше люди с таким прошлым служебную карточку не получили бы — ни в Таллинне, ни, например, в Маарду.

Если предыдущие деятели, так сказать, старые грешники, то потихоньку на рынок все-таки попадают и новые нарушители порядка. В этом году МуПо задержала трех человек, у которых не было даже рабочей визы. Не говоря о служебной карточке. Одного мужчину сразу выслали из страны.

В их число входят и так называемые украинские строители, которые остались в Эстонии после завершения строительного объекта. Райдо Неэдрит констатирует, что он отказал в оформлении служебной карточки нескольким украинцам, у которых вскоре заканчивается рабочая виза.

Если Bolt и Uber деятелей без служебной карточки не принимают, то с Yandex другая история. У Yandex в Эстонии 17 представителей, часть из которых все делают как надо. Некоторые же ради новых водителей и заработка денег ничего не страшатся и позволяют водителям работать нелегально. Этих деятелей не много, но они, по оценке Айвара Томмпере, являются потихоньку растущей проблемой. И одна паршивая овца портит имидж всего "стада" Yandex.

"Ни до кого не добраться, концы в воду", — описывает Тоомпере общение с частью Yandex. В этом убедилась и Ekspress, которая не получила комментария от трех предприятий-посредников Yandex.

P.S. Оригинальная статья Eesti Ekspress была опубликована 15 октября, а 16 октября в редакцию RusDelfi поступил следующий комментарий от пресс-службы Yandex.Taxi: "Мы работаем с партнерами — транспортными компаниями. Они обязаны соблюдать законодательство Эстонии и делать все проверки — это четко прописано в договоре. Мы не получали обращений по поводу нарушений парков, но если они будут, мы готовы прекратить отношения с таким партнером".