За плечами молодого тогда человека уже была практика на пароме "Георг Отс", он привык к болтанке, поэтому штормовое море при выходе из Таллинна никаких тревожных предчувствий не вызвало. Обычно вечером он прогуливался по теплоходу, смотрел, что происходит на дискотеке. Но в тот трагический вечер никаких интересных мероприятий не проходило, и он пошел в каюту спать.

- Как началась эта ночь? Когда вы поняли, что что-то не так?

- Когда я в кровати почувствовал, что теплоход накренился и обратно не возвращается. Обычно судно качнется то в одну сторону, потом в другую, а тут накренилось и осталось в этом положении. Мне как курсанту мореходного училища это показалось очень странным - значит что-то с судном не так. Возникла мысль: нужно выйти посмотреть, что случилось. Когда выпрыгнул из кровати, понял, что крен уже очень сильный. Не оставалось ничего другого, как схватить самые необходимые вещи и выбежать из каюты.

- В этот момент поняли, что тонете?

- Когда вышел из каюты, то увидел, что сверху поступает вода. Понял, что автомобильную палубу затопило. Я не знал, тонем или нет. Ничего не оставалось, как выбираться наверх, хоть это при большом крене трудно, пришлось идти не по полу, а буквально по стенам - одна нога на полу - другая на стене. Так и выкарабкался на седьмую палубу. Казалось, что это длилось целую вечность, но потом уже понял, что выбирался лишь минут 10.

- Наверху были люди?

- Были, я подумал, что помогу им, но прежде всего - как и в самолете говорят: сначала одень маску, а только потом помогай соседям. У меня была такая же мысль - сначала выбраться, а потом кому-то помочь. Я не был уверен, что сам выберусь. Когда вылез на внешнюю палубу, то увидел, что многие люди прыгают оттуда в воду. Мне показалось это очень глупым - волна может тебя унести не знаю куда. Волны были очень большими, и я понял, что тонем.

- Когда выбрались на внешнюю палубу, было чувство, что спаслись?

- Какое-то облегчение конечно было: теперь можно поискать плот, осмотреться, что происходит. Но все было так быстро. Ни одного раскрытого плота или шлюпки я не увидел. Начали с одним из членов экипажа открывать плот. Потянули за шнур - плот же должен раскрыться автоматически - он и раскрылся, но его тут же стал уносить ветер, я пытался удержать его за веревку, но она лишь обожгла руки, пришлось ее отпустить, а плот просто улетел. Успели лишь схватить из него спасательные жилеты.

- Что делали люди на внешней палубе?

- Очень многие просто стояли, прислонившись к переборке и смотрели, что происходит. И тут меня смыла с судна волна. К счастью, к тому времени у меня был уже одет жилет. В следующий момент волна бросила меня на судно обратно, и я застрял в леерном ограждении, с трудом оттуда выпутался. Подождал следующей волны и сумел выскочить. Было страшно: выживу ли? Что со много сделает следующая волна?

- То есть вы попали на тонувшем судне в западню?

- На какой-то момент да, но смог выбраться. Была полная темнота, судовые генераторы встали. Во-первых, тебе страшно, во-вторых - темнота. Неизвестность. Ты не видишь, где ты, об этом можно только догадываться.

- Что вокруг было видно и слышно?

- Волны и ветер были такими сильными, что ничего не было слышно. Только море. Увидел в воде спасательный плот, он был перевернут. Залез туда, мы были там втроем. Мужчина и молодая девушка, иностранка, шведка что-ли... Этот мужчина затем куда-то пропал, спрыгнул что ли, вот был - и вдруг не стало. Остались вдвоем.

- Что было с паром в этот момент?

- Корма была уже под водой, нос еще наверху. И он стал на нас опускаться. Без визора. Я сказал девушке: уходим, судно сейчас накроет нас. Но она ответила, что спаслась и никуда не двинется. Я попробовал ее потянуть, но бесполезно. Она была в истерике. Тогда я спрыгнул с плота, постарался от тонущего носа подальше отплыть. Я уж не помню, как долго находился в воде.

- "Эстония" утонула в тишине?

- Да, тихо. И у меня появилась мысль, как долго я выдержу? Если не ошибаюсь, температура воды была 9 или 11 градусов.

- Были один посреди моря?

- Вокруг был всякий мусор, другие люди. И темнота. В голове включился какой-то блок, не понимал, что происходит, все было на интуиции - главное выжить! Целью было найти что-то, куда можно залезть, ведь вода слишком холодная. И тут увидел плот, подплыл к нему, забраться в него было трудно. В мореходке не учили, как залезать в плот, это своего рода искусство. Он очень высокий, особенно если смотреть из воды. И кто-то из плота, член экипажа, кажется моторист, крикнул, что у плота есть подставка для ноги. Там была еще одна полуголая женщина, но были и одеяла, чтобы согреться.

Не помню, четыре или пять часов мы там болтались. Потому что нас спас пассажирский теплоход, а не вертолет. Но это тоже была очень тяжелая и опасная спасательная операция. При погрузке на судно были на волоске от гибели. Порвались тросы, плот перевернулся. Один человек повис на моей ноге, но я не мог его спасти.

- Сколько раз вы той ночью смотрели в лицо смерти?

- Трудно сказать. Видел раненых. Видел много мертвых - и в плоту, и на судне.

- Вы были на плоту в море 4-5 часов, это страшно долгое время, что в это время происходило, чем занимались люди?

- Ужасно длинное. Я почти ничего не помню. Люди просто сидели и ждали. Никто не знал, чего будет дальше. Слышали, что летал вертолет. Появилась надежда, что нас по крайней мере заметят. Пытались, так сказать, держаться в сознании.

- Вы общаетесь с кем-то из тех, кто находился с вами на плоту?

- Не общался. Но знаю, что там была пара членов экипажа. Одна женщина, по-моему, повар. Прошло так много времени, что в самом деле уже не помню.

- "Эстония" не чудится сейчас?

- Не чудится. Интересно то, что когда после спасения добирались в Таллинн на самолете, то до тех пор, пока он был над водой, я не боялся. Как только под самолетом появилась земля, стало очень страшно, аж руки затряслись. Потому, что понимал: на воде еще можно спастить, а в самолете шансы приближаются к нулю.

- Переживший кораблекрушение боится летать?

- Именно так. У меня страх перед полетами.