”Одна женщина позвонила и сказала, что пять лет носила в кошельке нашу визитку, прежде чем осмелилась позвонить”, — поведала заведующая центром поддержки и информирования Пилле Тсопп-Паган. На прошлой неделе количество звонков на кризисный номер помощи жертвам, а также количество обращений в центры поддержки, скачкообразно выросло. По ее оценке, люди осмелились благодаря активному освещению проблемы в СМИ.

В конце апреля и начале мая были особые причины поговорить на эту тему. При новом правительстве министром внешней торговли и ИТ стал Марти Куузик, которого подозревают в насилии над своей супругой.

По сравнению с апрелем количество обратившихся за поддержкой впервые выросло в Йыгевамаа, Ляэнемаа, Пылвамаа, Ляэне-Вирумаа и Вильяндимаа. В Тартумаа, например, в апреле за помощью обратились 48 женщин, в мае — уже 87.

Тсопп-Паган признала: ”Если бы мы знали, что так случится, привлекли бы к работе большее количество людей. А так перерабатывали”.

Хоть большинство женщин страдали от морального насилия, социальный работник Майре Йыги, ежедневно отвечающая на телефон нуждающимся в помощи, не может провести четкой границы между видами насилия. ”Да, цифры показывают, что морального насилия больше, но на самом деле все виды насилия взаимосвязаны”, — объяснила специалист. По ее словам, моральное насилие — лишь первое звено в цепочке.

Хоть, по словам Йыги, каждая история индивидуальная, есть общий знаменатель: мужчина относится к женщине как к низшему существу. Унижает и угрожает. ”Зачастую мужчина внедряет тотальный контроль и ограничивает общение женщины с родственниками. Если у пары есть дети, то манипулируют и правом опеки”. Больше всего по кризисному номеру звонят женщины в возрасте от 25 до 49 лет, но в прошлом месяце обратились и десять женщин за 50. ”В случае с более возрастными людьми обидчики — или муж, любящий выпить, или другие близкие родственники. Например, дети”, — поведала Йыги.