Почему ты переехал из Эстонии в Россию?

Если вспомнить 2007 и 2008 годы, в Эстонии мне жилось не очень хорошо. Преследования со стороны КаПо, давление на друзей, семью… Всего за шесть месяцев я сменил 7 или 8 рабочих мест. А все потому, что моим работодателям угрожала Полиция безопасности. Прессовали даже в школе. Я не понимал, почему по эстонскому языку мне ставят двойки. Учительница меня разгоняла до пяти двоек за один урок. Я думал: ”Ни фига себе, круто!”

А ведь я действительно думал, что не знаю язык. Но когда я сдал на "Kesktase" (средний уровень владения языком) и получил почти пятерку, я понял, что причина крылась не в этом. Мне казалось странным, что преподаватель по эстонскому языку меня игнорировала, когда я говорил ей: ”Здравствуйте”. Для меня она — педагог, мой учитель. А я для нее, видимо, был не учеником, а человеком со взглядами, с которыми она не согласна.

Понятное дело. Россия меня защищала, я чувствовал поддержку с той стороны. Я хотел продолжать учиться, но понимал, что в Эстонии учеба для меня закрыта. В России возможность была. И, конечно же, я с радостью поступил на учебу в Питере.

Что значит: Россия тебя защищала? Каким образом?

Не в прямом смысле. Россия — это кто? Люди! В то время я был членом движения ”Наши” (смеется). Я испытывал моральную поддержку со стороны организации, со стороны ребят.

Вспоминая те годы, жалеешь ли ты, что связался с организацией ”Наши”? Ведь ты был тогда школьником…

Я горжусь своими поступками. Все, что я делал, было правильно. Ни на каплю, ни на йоту не задумываюсь о том, что поступил неправильно. Единственное, я не соглашался с двумя вещами: когда кто-то героизировал меня, и, наоборот, делал козлом отпущения. Я не согласен ни с теми, ни с другими, потому что не был виноват в том, что государство организовало эти события.

Начнем с того, что если в государстве что-то происходит, то виноваты не те, кто это сделали, а государство и государственные органы, которые допустили это. Именно они позволили этому произойти.

Mark Sirõk
Foto: Dmitri Šmatov, Mark Sirõk erakogu

В интервью Максим Рева рассказывал про свое заключение. Он запомнил твои слова, когда тебя завели к нему в камеру: ”Все, меня отпускают”. После этого он морально был опустошен. А ты помнишь свои эмоции в тот момент?

Я помню нашу встречу, помню тот шок, который испытал. Об освобождении мне сообщили буквально за 10 минут. До этой встречи нас, условно говоря, прятали друг от друга, мы не пересекались ни разу. И тут такое странное стечение обстоятельств: мне внезапно сообщают, что необходимо собрать вещи.

Мы с Максом оказываемся в одной камере. Разумеется, я поделился этой новостью с искренней душой. Я думал, что освобождают нас всех. Поначалу я не понял, что произошло. Меня вывезли тихонько. И только потом, когда я приехал домой, об этом сообщили в прессе. Только после освобождения я узнал, что вообще происходило в мире. Была информационная блокада.

Когда тебе вменяли в вину организацию массовых беспорядков, ты боялся возможного заключения?

Когда меня обвинили, я не понимал, за что. А потом очень милая девушка-прокурор процедила сквозь зубы: ”Тебе стоит сесть на 5 лет”. Разумеется, я испытал колоссальный шок. Это пробрало меня до мозга костей. И передать эти эмоции словами невозможно. В то время же дела в прямом смысле слова штамповали. Позже до меня долетела весть, что эта девушка пошла на повышение.

Ты жалеешь, что оказался тогда не в нужном месте не в нужное время? Хотел бы вычеркнуть из своей жизни эту историю?

Нет! Тогда бы я не стал тем, кем я стал. Я бы не учился в Петербурге. Вероятнее всего, не занимался бы дизайном и не жил бы такой интересной жизнью, какая у меня есть сейчас.

На одной из лекций про кино и телевидение я услышал, что в истории есть три вещи: герой, преграды и преодоление преград. Если нет преград — нет героя, если нет преодоления, — то это уже не история. Значит, у меня есть какая-то история в плане моей личности.

А героем ты себя чувствуешь?

Нет. Я не сделал ничего такого. Я попал в случайное сплетение обстоятельств, да. Я был одним из организаторов различных уличных акций. Мы выходили и выражали свое мнение, делали все официально и законно. До сих пор есть люди, которые так делают. Только их за это не сажают.

У тебя остались вопросы к эстонскому государству?

К государству — нет, к конкретным людям — да. Например, к журналистам, которые писали неправду либо выносили на всеобщее обсуждение очень личное.

Зачем меня оклеветали? Хотя, в принципе, время прошло, и сейчас мне пофигу! Один только вопрос остается все же открытым: кто ответит за Дмитрия Ганина? Я считаю, что я еще легко отделался. А парень, которого убили…

Кто руководил операцией, — он отвечает за это. Но все же странно спрашивать: ”Как вы себя чувствуете?” Я надеюсь, что каждому воздастся по заслугам.

Mark Sirõk
Foto: Dmitri Šmatov, Mark Sirõk erakogu

Ты не боялся, что тебя убьют после освобождения?

Интересный вопрос… У меня периодически рождались такие мысли… Потом развилась паранойя. Года два или три она у меня была. Периодически замечаешь, что за тобой следят, фотографируют исподтишка, идет прослушивание телефонных разговоров, угрожают друзьям-школьникам и тому подобное. Все это пугает. Иногда я думал: а что, если внезапно что-то случится с родителями? Их здоровье после всего этого уж точно нисколько не улучшилось…

Как ты думаешь, повторение беспорядков в Эстонии возможно?

Мне хочется верить, что будущее всегда лучше, чем прошлое. Я помню свой урок истории. Пятый или шестой класс. Преподаватель описывает нам события прошлых лет: кризис, в то время, как люди голодали, тракторами давили бананы. Все это вызывало шок. И вот ты понимаешь, что такие же вещи происходят и в наши дни. Я хватаюсь за голову и думаю: как это может происходить, мы же, исходя из нашей истории, чему-то должны научиться?!

Но в один прекрасный момент, причем совсем недавно, до меня дошло, что из поколения в поколение мы учимся жить заново. Мы не умеем учиться на ошибках прошлых лет, и нам нужно совершать свои ошибки, чтобы приходить к нужному результату. Поэтому я надеюсь, что мы дошли до той точки невозврата, когда хотя бы эти события уже не повторятся никогда.

Ты ”ватник” или нет?

Я себя к таковым не отношу. Считаю себя рационально мыслящим.

Если начнется война: Россия против НАТО, — за кого пойдешь воевать? За Эстонию, поскольку она в НАТО, или за Россию?

Я не пойду воевать, уеду куда-нибудь на Мальту. Не хочу воевать. Зачем? От войны никто не выиграет.

Хочешь вернуться на постоянное место жительства в Эстонию?

Сложный вопрос. Прошло десять лет. Я понимаю, что немного пресытился Петербургом. Но я безумно люблю этот город. В Таллинн я хотел бы вернуться, но пока не знаю, как. В Петербурге я настолько привык к масштабам, к доступности. В Таллинне другой ритм жизни.

С другой стороны, мне сейчас очень не хватает спокойного жизненного ритма. Мне очень хочется поехать на дачу, побыть в тишине, на природе. И это один из тех ключевых моментов, которые есть в Таллинне. В Питере, чтобы выехать на природу, нужно потратить на это целый день.

Где ты видишь свое будущее: в Эстонии или в России?

Сейчас свое будущее я связываю со своей деятельностью, со студией MART. Это мое детище.
Вторая вещь — это часы. Они выпущены не в Китае или где-то за бугром, а здесь, на наших отечественных заводах. Для меня это гордость и возможность поддержать отечественное производство.

Вот мы, наконец, и перешли к твоей деятельности. Считаешь ли ты возможным, что твой бренд станет таким же популярным, например, как Dolce & Gabbana?

Я не ставлю вопрос, возможно ли. Моя постановка вопроса: ”Когда”? (Улыбается.) Когда это случится? А это уже вопрос времени.

Mark Sirõk
Foto: Dmitri Šmatov, Mark Sirõk erakogu

Почему твой бренд называется MART?

Потому что меня зовут Марк. И потому что я родился в марте. А март — первый месяц весны, когда появляются первые листья, расцветает природа. MART для меня — новое начало, новое дыхание. Изделия, которые мы делаем, они тоже созвучны с посылом ”свежая весна”. Это эффект ”вау”. Я надеюсь, что продукция MART вызывает именно такие эмоции.

Можно сказать, что моя продукция из кожи и дерева. Причем, одна сумка — это одно посаженное дерево. Каждой весной и осенью мы высаживаем саженцы деревьев.

Мою продукцию носят и в Эстонии. Возможно, кто-то видел рюкзаки-трансформеры. Там есть маленькая сумочка, она снимается и ее можно носить отдельно, как вечернюю сумочку. Сумки — это второе направление, которым я занимаюсь. А начинал с ремней для часов.
Сейчас у меня целая команда студии MART. Нас четыре человека, и со мной моя супруга Алена, которая отвечает за SMM.

(К беседе присоединяется Алена.)

Алена, что самое сложное в твоей работе? Люди часто выливают негатив в соцсетях?

Алена: Самое сложное — выдержка и стрессоустойчивость. Выливают не то чтобы негатив, а вернее, рассказывают о нестандартной ситуации, когда что-то произошло. Мы — бренд сравнительно молодой, тем более, сумками занимаемся всего два с половиной года. Поэтому это не негатив, а скорее — обратная связь.

Марк: Хочется, чтобы продукция нашей студии была самой лучшей, самой качественной. Не зря же мы даем гарантию в 10 лет! Поэтому, когда что-то происходит, то, безусловно, это вызывает волнение. И мы делаем все, чтобы в дальнейшем не допускать подобных ситуаций.

Вы участвуете в модных показах?

Марк: Да. Участие в Московской неделе моды стало сильной мотивацией к развитию. Для показа мы колоссально выросли буквально за месяц. Через полгода после участия мы сделали еще один большой скачок в развитии. Это за счет станков, за счет того, что мастера отработали некоторые навыки. Все складывается из мелочей. Вплоть до того, что мы искали идеального производителя ниток. В итоге мы пришли к выводу, что нитки, которые делаются здесь, в Петербурге, — самые лучшие. Для сумок лучше всего подходят итальянские нитки, для ремешков часов — питерские.

Mark Sirõk
Foto: Dmitri Šmatov, Mark Sirõk erakogu

Тяжело ли работать вместе? Вместе вы дома, вместе на работе…

Алена: Это тоже требует какого-то желания развиваться и двигаться дальше. Всякое бывает.

Марк: На самом деле я опасался связывать личные отношения и работу. На практике, насколько я знаю, это не приводит к хорошим результатам. То есть пары либо расстаются, либо происходит что-то еще. Но пока… (Улыбается.)

Сколько вы уже вместе?

Марк: Три-четыре года?

Алена: Ну, подожди. В шестнадцатом году я приехала в Питер из Ижевска.

Марк: Три года почти.

Алена: Два с половиной.

Как вы познакомились?

Алена: Моя одноклассница и лучшая подруга переехала в Питер. И выяснилось, что Марк – ее однокурсник.

Марк: Оказалось так, что это моя лучшая подруга. На самом деле мы были знакомы еще несколько лет до этого.

Алена: Первый раз я приехала в Питер к подруге. Потом была общая тусовка, там мы и познакомились. Но после этого мы не общались.

Марк: Затем я переехал жить в Италию, попутешествовал, побывал в Бразилии. И вернулся в Питер. А потом какое-то невероятное количество сплетений ситуаций и совпадений привели к тому, что практически через месяц после того, как она в последний раз посетила Питер, я сказал: ”Все, переезжай ко мне”. (Смеется).

Mark Sirõk
Foto: Dmitri Šmatov, Mark Sirõk erakogu

Алена: Я была в командировке в Тюмени. У меня был поезд на следующий день в Ижевск. Он мне звонит в два часа ночи и говорит: ”Я не могу ждать, давай, переезжай в Питер”. И я — окей. Даже не раздумывала. Просто внутри стало как-то легко и хорошо. (Улыбается.)

Ну и последний, стандартный, вопрос: какие у вас планы на будущее?

Марк: Алена занимается не только развитием наших медийных каналов, она еще делает украшения. В декабре мы добавили к бренду MART украшения, которые она делает своими руками. Это — сережки.

Алена: Пока это хобби. Какой-то толчок в развитии произошел благодаря подруге из Челябинска. У нее там свой шоу-рум. Она как-то просто попросила меня сделать украшения.
Марк: Вообще, хотелось бы открыть представительство в Москве и Таллинне. Наши работы сейчас представлены в Екатеринбурге.

Алена: А в Питере, помимо мастерской, открыть шоу-рум. Потому что многие хотят приехать, потрогать и посмотреть товар, познакомиться с ним поближе.

Марк: Пока еще нет понимания, как это сделать лучше и правильнее. Есть желание найти партнеров для совместных проектов, коллаборации с эстонскими дизайнерами. Это было бы очень интересно, потому что я вижу: в Эстонии сфера моды тоже развивается.