Пять лет назад в центре для прыжков на батуте с Ээро произошло несчастье. Когда он тренировался перед зимним сезоном (Ээро — страстный поклонник сноуборда), то во время исполнения двойного сальто слегка ”перекрутил” и приземлился на шею. Цена была высокой: перелом шестого и седьмого шейных позвонков. Но его борьба во имя того, чтобы он снова смог встать на ноги, это совсем другая история.

А эта история о том, как Ээро мечтает попасть домой. Его дом расположен в Каламая, в районе Пыхья-Таллинн. Загвоздка же в том, что квартира семьи Ээро находится на третьем этаже.

После травмы мама Ээро направилась в управу части города, чтобы добиться выделения социального жилья, куда можно было бы попадать на коляске. В управе ответили, что поскольку своя квартира у Ээро имеется, то права на получение площади от властей у него нет.

Затем живший в соседнем доме на первом этаже друг Ээро поменялся с ним квартирами. Временно, на год, но это ”временно” длится уже пять лет…

”Вначале надеешься, что быстро снова начнешь ходить, но этого не произошло. Мы решили, что надо что-то предпринять”, — говорит Эне.

И она снова пошла в управу. Сказала, что знает, что этот дом находится в квартале с исторически ценной застройкой и что дом сам — памятник архитектуры. Но все-таки, вдруг получится добыть разрешение на то, чтобы смонтировать на обращенной в сад стене дома лифт. Она просила согласовать это с департаментом памятников старины.

Ene Rebane
Foto: Rauno Volmar

Обращение Эне рассматривали в управе. Сначала написали,что препятствий нет, но через некоторое время позвонили и сказали, что нужен эскизный проект.

Его-то Эне и заказала и отправила в управу. Каким же было ее облегчение, когда наконец пишел утвердительный ответ: да, пожалуйста, может начинать проектирование.

Эне нашла архитектора, который этим занялся. Но когда он обратился в департамент охраны памятников старины, то получил там отказ. На памятники архитектуры и в районах с ценной исторической застройкой запрещено устанавливать объекты, которые изменяют внешний облик зданий.

Когда Эне пришла на прием к заведующему департаментом, тот сказал, что в курсе истории и лифта они не получат.

Эне: ”Но предложите тогда какой-то другой вариант”.

- Меняйте квартире. Продайте, купите другую.

Переехать. Этот чинуша понимает, о чем говорит?

Родовое гнездо Ребане

Признанное памятником архитектуры здание построено в 1932-м году и дед Эне Аугуст Леопольд был его первым жильцом.

Аугуст переехал сюда вместе со своей женой Марие. У супругов был сын Пауль, отец Эне. В этом самом доме Эне жила с рождения. Она училась в 18-й средней школе по соседству, все сыновья Эне тоже учились в школах этого района. В общей сложности в этом доме живет уже пятое поколение их семьи. ”Знаю все деревья, сады и крыши в округе”, — говорит Эне.

В 1994-м началась приватизация квартир. Бывший хозяин дома продал его перед войной двум семьям, проживших в квартирах до конца жизни и не имевших потомков. Эне была уверена, что с приватизацией проблем не будет.

Но они возникли. По праву наследства второго круга мыслимая часть дома отошла наследникам, приватизировать начали с самой маленькой квартиры. Правопреемникам досталась большая часть именно квартиры Эне. Те продали ее агентству по недвижимости. Эне судилась за свое жилье. Сын с женой взяли ипотеку, квартиру выкупили, чтобы не становиться пресловутыми почти бесправными вынужденными квартиросъемщиками.

Захожу в квартиру. Здесь приятные широкие коридоры, спокойно можно передвигаться на коляске. На том же этаже живут мама и брат Ээро — если что, помощники всегда рядом.

Окна выходят на лужайку во дворе. Там же гараж, где Ээро занимался своей работой. В округе живут его друзья.

И вот тебе заявляют — ”переезжай” или ”меняй квартиру”.

На бумаге, без эмоций, все просто. Но Эне решила по-другому.

”Это — его дом”, — говорит она твердо.

Eero-Erkki Rebane kõnnirobotil

Мать достучалась до канцлера права

Пожелание ”продайте квартиру” не выбило Эне из седла. По крайней мере, не окончательно. Она обратилась в бюро канцлера права и к уполномоченному по равноправию.

Канцлер права сделал запрос в Таллиннскую мэрию.

В письме бюро канцлера указывает на то, что хотя согласно строительному кодексу для подобной перестройки в общих случаях достаточно извещения о начале строительства и предъявления проекта, в данном случае применяются также требования по сохранению памятников архитектуры, исходящие из Закона об охране памятников старины. Этот Закон не исключает ни строительства, ни изменения внешнего облика здания, являющегося объектом охраны. Строительные работы, в том числе изменение фасада и установка на здание какого-угодно объекта, меняющего его облик, допустимы при наличии разрешения от департамента охраны памятников. Следовательно, для выдачи такого разрешения необходимо взвесить все ”за” и ”против”. При принятии такого решения следует учесть детали конкретного случая и оценить оправданность заинтересованности в деле.

В случае интересов, связанных с охраной памятников, следует учитывать и неизбежно меняющиеся с течением времени нужды. И это может являться предпосылкой для сохранения исторической ценности объекта. По подобным причинам и в районах историчски ценной застройки и на находящихся под охраной зданиях производились реконструкции — например, устанавливалось современное уличное освещение, улицы приспосабливались для движения моторнго транспорта, системы отопления менялись на современные, выгребные сортиры — на ватерклозеты, а потерявшие свою надобность пристройки сносились. Одним из наиболее важных в нынешнее время факторов является как раз приспособленность жилья для нужд инвалидов-колясочников.

Только канцлер права смог помочь
В письме из бюро канцлера права также отмечается, что не все работы по реконструкции противоречат интересам охраны памятников старины. По этой причине Закон об охране памятников не исключает перестройку охраняемых зданий, однако допускает ее посредством выдачи разрешений, указано в запросе бюро канцлера права.

При выдаче разрешения можно оценить, насколько существенно изменит планируемая реконструкция охраняемое законом здание. Для баланса интересов можно подать также ходатайство о составлении особых условий получения разрешения на строительство. Следовательно, и перестройка находящегося под охраной здания и установка инвалифта возможны без того, что это как нарушило бы целостность района исторической застройки либо архитектурную и историческую ценность находящегося под охраной здания.

При отказе выдачи разрешения нельзя считать достаточно основанным исключительно желание избежать возникновения прецедента. При выдаче разрешения следует рассматривать каждый отдельный случай. В данном деле может считаться важным и то, что инвалифт возможно установить на внутреннем, обращенном во двор фасаде дома так, что он не будет виден с улицы и не нарушит целостность исторической застройки.
Ene Rebane
Foto: Rauno Volmar

Подъемник — только в подъезде

”И тогда я пошла по новому кругу — на сей раз в мэрию Таллинна. Чтобы узнать, имею ли я вообще право ходатайствовать”, — говорит Эне.

Заявление рассматривала комиссия отдела охраны памятников старины Департамента городского планирования. Комиссия не поддержала строительство дополнительного объема дома на его внешней стороне для установки лифта. Поскольку все стороны охраняемого объекта хорошо просматриваются, то пристройка станет искажать внешний архитектурный облик ценного здания и препятствовать целостному его обзору.

Комиссия сочла возможным установку инвалидного подъемник внутри дома, в подъезде вдоль лестницы. Проект необходимо согласовать в отделе охраны памятников Департамента городского планирования. У составителя проекта не должно быть особого разрешения на деятельность от Департамента охраны памятников старны, поскольку речь идет об отдельной части дома, однако в составе проекта обязана иметься отдельная, посвященная специальным условиям проектирования в сокращенных объемах, глава, составленная специалистом или фирмой, имеющими подобное особую лицензию от Департамента. При согласовании проекта будут найдены наиболее подходящие и минимально вредящие памятнику архитектуры решения.

Эне и Ээро, его жена и дочь ждут. Они очень надеются, что Ээро к Рождеству вернется домой.

Семья нашла фирмы, которые производят такие работы, взяла у них ценовые предложения. Самое выгодное из них не превышало 20 тысяч евро, но когда дело дошло до конкретики, представитель латвийской фирмы пропал и перестал отвечать на звонки и письма.

За монтаж подъемника для коляски нужно выложить 25 700 евро. Это большая сумма, особенно для человека, у которого нет дохода. На эти цели семья получила дотацию от государства в размере 7255 евро, остальное нужно заплатить самим.

Eero-Erkki Rebane kõnnirobotil

Родные Ээро и его друзья создали группу в социальных сетях ”Projekt „Rebane koju”” (Проект ”Ребане домой”). С помощью неравнодушных друзей и друзей друзей удалось собрать средства на первый взнос.

Что дальше? Эта семья живет одним днем и надеется на помощь неравнодушных и отзывчивых людей.

Уважаемые читатели Delfi, вы тоже можете помочь Ээро вернутся в свой родной дом. Его семья заранее благодарит вас за любую оказанную помощь. Все контакты имеются в нашей редакции.

Средства можно переводить на расчетный счет: Eero-Erkki Rebane, EE137700771003081232