В департаменте имеется целый штат чиновников, которые решают, кто и на каких основаниях имеет право получать услуги. К примеру, в отделе экспертизы и социальной поддержки работает 39 человек. Из них 21 человек имеет среднее образование. Из них в свою очередь один является поваром, один маляром и один обслуживающим гостиничного бизнеса, остальные 18 просто окончили среднюю школу. 12 человек имеет техническое и сельскохозяйственного высшее образование и лишь шесть человек обладают установленной самим департаментом компетенцией.

В рабочие обязанности главных специалистов, имеющих подготовку маляра и повара, является установление степени тяжести недуга и назначение людям с ограниченными возможностями социальных пособий, а также выявление постоянной трудоспособности и инвалидности у детей. Эти люди занимаются комплектацией данных для экспертизы, выдачей направления на получение реабилитационных услуг, получением оценок от врачей-экспертов, получение дополнительных данных от ходатаев, врачей и других причастных лиц.

В команде имеется и два чиновника, занимающих должность ”врача-эксперта”. При ближайшем рассмотрении однако выясняется, что врачами они не работают, а просто имеют высшее медицинское образование.

Второе большое отделение: служба по вопросам реабилитации, в которой трудится 36 человек. В качестве одного из главных специалистов службы трудится человек, имеющий среднее образование и профессию секретаря. Он осуществляет контроль над работой врачей-специалистов и других специалистов с профессиональным высшим образованием, то есть над теми, кто в действительности и осуществляют людям услуги.

Другой главный специалист получил образование в сфере планирования на предприятиях легкой промышленности, спецпедагогике, производственном планировании и социальной работе. Один чиновник имеет среднее образование и в случае с еще одним информация об образовании отсутствует.

Также в отделении работает три супервизора с образованием педагога, психолога и учителя гуманитарных наук в школе с русских языком обучения.

Имеется также 13 консультатов-кейс-менеджеров. Среди других на этой должности трудится, например, чиновник с подготовкой пекаря-кондитера. В его рабочие обязанности входит рассмотрение ходатайств о социальной реабилитации и спецпопечении и вынесение решений относительно того, имеет человек право получить услугу или нет. Также он решает, какие реабилитационные мероприятия должны подойти человеку и оценивает и анализирует влияние полученных услуг, а также осуществляет надзор и выявляет нарушения.

Центр Adeli прекращает сотрудничество

По словам председателя правления реабилитационного центра Adeli и врача-реабилитолога Рийны Калласте, компетенция чиновников департамента никакая. ”С ними невозможно сотрудничать. Их слова некомпетентны. Я пыталась отвечать на их замечания, но как ты можешь ответить человеку, который ничего не понимает? Я махнула на это рукой”.

По мнению Калласте, в департаменте должны работать эксперты с высшим образованием, которые понимают больных людей и их нужды. ”Например, чиновник со средним образованием и образованием секретаря приходит и делает замечание нашему имеющему степень магистра физиотерапевту относительно его работы. И это даже не видя ребенка! Эта система больна”.

Центр Adeli решил прекратить сотрудничество с департаментом. Срок действия договоров заканчивается в сентябре. В связи с этим департаменту придется подыскать для 600 клиентов, которые до этого посещали Adeli, других поставщиков услуги.

Руководитель отдела экспертизы и социальных услуг Райва Пийритало сказал, что в качестве консультантов у них работает 27 человек, у 21 из них есть необходимое высшее образование и еще 4 человека находятся в стадии его получения.

На дополнительные вопросы Пийритало отметил, что главные специалисты проверяют соответствие документов постановлениям и их формальную часть, а не саму суть реабилитационного плана. Это, однако, противоречит принятой самим департаментом должностной инструкции, согласно которой, главные специалисты принимают решения, получит ли человек услуги и если да, то такие, а также осуществляют надзор.

”Следует иметь ввиду, что консультанты не оценивают состояние здоровья людей и не ставят диагнозов. Они помогают людям на собеседовании с заполнением опросника о препятствиях, с которыми они сталкиваются в повседневной жизни и которые могут быть связаны с проблемами, вызванными состоянием здоровья”, — сказал он.

”Людям, которые обращаются к нам, часто нужна медицинская реабилитация или лечение, которое департамент не предоставляет. В таких случаях консультант помогает человеку найти правильную услугу и направляет к врачу, местному самоуправлению или в иное учреждение.”

По словам Калласте, разницы между ”социальной реабилитацией” и ”медицинской реабилитацией”, о котором говорят департамент и Министерство социальных дел, нет. По ее словам, не видят этой разницы и во всем мире. Тем не менее, именно этими различиями департамент пытается объяснить то, почему 60% ходатайствующих о реабилитации получают отказ.