- Появится ли для каждого нового международного термина, пока не имеющего перевода на эстонский, заменяющее его слово на эстонском?

- Мы должны научиться думать самые сложные мысли, делать самые современные вещи так, чтобы это было связано с культурой нашего родного языка. Это не означает, конечно, что мы не должны знать другие языки. По моему мнению, в нынешнее время каждый мог бы свободно говорить на трех-четырех языках, и этого было бы совсем не трудно достичь, если начинать с детского сада.

- Говорят, что эстонцы и русские находятся в параллельных мирах, соприкасаются мало, живут сами по себе. В этом контексте, конечно, характерно то, что Центристская партия начала правление с двумя министрами с русским бэкграундом, но ей пришлось от обоих отказаться.

- То, какой фон у любого из министров, это псевдовопрос. Никто же не говорит о Евгении Осиновском как о министре с русским фоном. Его эстонский язык богаче, чем у некоторых других эстонских политиков. В нем есть и эстонская кровь, но не кровь дает человеку возможность говорить, а образование. Мы должны отказаться от оценивания людей, отталкиваясь от родства по крови. Должны оценивать по культуре и умениям, независимо от национальности. Сейчас я нахожусь в среде, где постоянно можно слышать 25 языков. Я вижу, какие разные, например, немцы и итальянцы. Я также чувствую, что мне иногда в этой среде психологически трудно освоиться, из-за того же темперамента южноевропейцев. Они все-таки видят вещи совсем иначе, чем, мы, или наши эстонские русские. Необходимо учиться выражать свои мысли так, чтобы быть понятым другими, но если каждый твердит, что мой мир вот такой и трогать его нельзя, то общаться не получится.

- В то же время я вижу, что с приближением местных выборов тема ”эстонский-русский” становится актуальнее.

- Мы слишком сосредотачиваемся на этой тематике. Для меня сейчас намного актуальнее тема ”эстонский-итальянский”.

Полностью интервью читайте в Maaleht.