Меня зовут Алексей Худзинский. Я родился и вырос в Москве, в настоящий момент живу в пригороде Таллинна. В течение многих лет работаю в сфере фармацевтического инжиниринга. Я переехал в Эстонию из России в 2008 году, вслед за своим московским одноклассником. Мы основали здесь филиал компании и с тех пор работаем вместе. У одноклассника дедушка был эстонец, и он переехал в Эстонию на пару лет раньше. Мы с семьей приезжали в гости, нам тут очень понравилось, и появилась идея уехать из России.

Этот настрой был уже давно, и Эстония казалась совершенно чудесной страной — тихой, спокойной, чистой и человеческой во всех смыслах. Кроме того, я понимал, что для супруги, которая не владеет иностранными языками, такой переезд будет более безболезненным и позволит лучше сохранить русскоязычную идентичность, чем если бы мы переезжали, например, в Германию. Увы, помимо проблем в отношениях, переезд также повлиял негативно, и очень скоро семья разрушилась. Позже я встретил местную русскую девушку, и у меня прекрасная новая семья.

Найти курсы — проблема

Я начал учить эстонский язык за пару лет до переезда, сначала — ради интереса. Я увлекаюсь лингвистикой и перед посещением любой страны подучиваю ее язык (Алексей свободно владеет пятью языками: русским, турецким, английским, немецким, эстонским — прим. ред.). В какой-то момент я узнал, что банки в Эстонии дают ипотечные кредиты иностранцам. Сразу появились мысли о покупке квартиры в Эстонии. В тот момент я начал учить эстонский более серьезно: посещал курсы при посольстве Эстонии в Москве. Вообще, я изучаю язык методически, и подобные курсы — это, скорее, практика. Что касается грамматики — ее я обычно изучаю самостоятельно по учебникам и справочникам.

Сейчас я говорю по-эстонски более-менее свободно. Примерно лет пять назад сдал его на категорию С1. Когда я приехал в Эстонию, начал искать курсы на продвинутый уровень. И поиски заняли у меня почти год! На категории А, В — полно вариантов. А на С1 — их просто не было. Где-то через год поисков мне удалось случайно найти подходящую школу.

На курсы я ходил три раза, сдавая по очереди на категории В1, В2 и С1 и получая возврат денег. Я хотел попрактиковать язык, потому что, к сожалению, по работе очень мало его использую. И вообще как-то мало эстонского языка оказывается в жизни!

Когда я только переехал, я не умел различать по внешности русских и эстонцев, но это приходит со временем, и тогда, естественно, с русскими говоришь по-русски, с эстонцами — по-эстонски. Но когда я не знаю, то говорю по-эстонски.

Пожалуй, самой большой трудностью для меня в эстонском языке является уникальное для языков прибалтийско-финской группы использование падежей Osastav и Omastav для обозначения завершенности / незавершенности действия, что в русском языке выражается использованием глаголов совершенного / несовершенного вида. Например, ma ostsin vett (я покупал воду / купил [часть] воды) против ma ostsin vee [ära] (я [c]купил воду). Абсолютно непривычно, что эта смысловая разница выражается не в глаголе, а в существительном.

Также большую сложность представляет изменение слов по ступеням в различных падежах, например: pood, poe, poodi. Еще одна сложность — это глагольное управление: смотри на меня — vaata mind. Естественно, это просто требует понимания, заучивания и, в конечном итоге, умения так чувствовать, думать. Пожалуй, для русскоязычных еще непривычен порядок слов, послелоги, но лично у меня с этим проблем не было, так как в этом плане эстонский очень близок к турецкому и многолетняя привычка к такой логике была.

Я предъявляю к себе достаточно жесткие требования в плане владения языками. То есть не могу заявить, что я владею эстонским полностью свободно: да, могу говорить, непрерывно общаться, но, конечно, делаю ошибки, не всегда моментально вспоминаю слова. Но, пожалуй, уже на момент переезда в Эстонию я мог общаться довольно-таки свободно.

Честно сказать, я не вижу какой-то конкретной проблемной области в языке. Есть недостаток практики, и это — большая проблема. То есть, если бы я работал в эстонском коллективе, возможно, через месяц я бы даже не задумываясь говорил по-эстонски, потому что выработана привычка переключаться между языками. Но практику искусственно создать невозможно, если нет естественного погружения в языковую среду. Разговоров в магазинах и в банках недостаточно.

Нет системы

Что касается обучения языку в Эстонии, тут, к сожалению, есть проблема. Конечно, очень хорошо, что это дело субсидируется. Частный сектор тратит деньги более эффективно, чем государственный, но есть некоторые исключения. Например, практика поиска курсов на уровень С1 и посещения языковой школы три раза подряд показывают, что нет единой системы, выработкой которой должно заниматься все-таки государство. Те 6 000 крон, которые направляли на компенсацию, следовало бы направить на содержание централизованных языковых центров, в которых обучали бы по единой программе, разработанной государством.

В Турции языковые центры работают по такому принципу. Государство их субсидирует. Обучение может быть платным, но стоит оно копейки. Считаю, что это не должно быть полностью бесплатно: человек должен платить, чтобы понимать ценность. Но цена должна быть низкой. Частный же сектор не может обеспечить такого единого подхода. Хочу подчеркнуть, что к курсам, на которых я обучался, у меня претензий нет: все построено правильно, хороший преподаватель, но не было единой системы. То есть не было ”подступенек” и четкой программы. Частной школе это не под силу, с этим может справиться только государство.

Мне кажется, что языковая политика Эстонии не совсем правильная, хотя я не знаю деталей. Изучение следовало бы четко разграничить по возрастным группам. От пожилых людей, и даже от тех, кому за сорок, я бы не стал требовать. Понятное дело: средний русский житель после 40 лет не выучит эстонский язык. Это — совершенно бесполезное занятие, трата времени. Эти люди не представляют проблемы для государства: ни для экономики, ни для безопасности.

А для молодого поколения я бы наоборот требования ужесточил, разумеется, параллельно предоставляя дополнительные возможности изучения языка.

"Крымнаш" головного мозга

Говоря о преимуществах Эстонии перед Россией, могу отметить, что, обладая какими-то минимальными финансовыми ресурсами, жить в Эстонии гораздо комфортнее. Тут — тихо, чисто, свежий воздух. Нет пробок, небольшие расстояния. Хорошо развиты электронные услуги, что позволяет за несколько часов сделать то, что в Москве растягивается на день-два. Все это очень удобно, быстро и эффективно.

Еще в Эстонии немного иная эмоциональная атмосфера: отсутствует какая-то агрессивность, люди спокойные и незлые. Я сравниваю прежде всего с Москвой — это очень тяжелый город: полдня — и у меня уже голова болит. Безумное количество людей, напряженная и агрессивная атмосфера, все куда-то спешат, загазованность, пробки, толпы… Конечно, в этом смысле здесь — в Эстонии — лучше.

Но есть и негативные моменты. В первую очередь они связаны с маленьким населением. Нет критической массы: очень мало людей, и не образуется достаточно мощной культурно-деловой среды. Поэтому тут весьма тяжело в плане бизнеса. Мы практически полностью работаем на экспорт, в Эстонии за все время у нас был лишь один небольшой проект. Тут попросту мало людей, это — объективная реальность, с которой трудно что-то поделать.

Реальных планов вернуться в Россию у меня не было. Были очень тяжелые периоды в плане бизнеса и финансов, порождавшие страшные мысли: что придется все бросать и ехать в Россию, потому что там я всегда найду работу и смогу получать нормальные деньги. Здесь это очень проблематично. Как компания мы работаем на Россию, но когда нет заказов — мы оказываемся в очень затруднительном положении. Эстонский рынок труда очень скромен: и в плане масштабов, и в плане зарплаты. Если что — дай бог устроиться с зарплатой в 1 000 евро!

Приезжая в Россию, я порой замечаю, что у людей там — массовый психоз, даже у тех, кто на первый взгляд кажется адекватным. "Крымнаш" головного мозга. Пропаганда работает очень эффективно! В доме моих родителей, где я вырос, живет бабушка. ”Ой, я тебя давно не видела! Как твои дела?” — поинтересовалась она, когда я приехал. ”Вот, в Эстонии живу”, — отвечаю я. И у нее — ужас: ”Ой, бедненький, да там же вообще… Там же фашисты!” Может быть, политика старушку мало интересует, но вот такая у нее эмоциональная реакция. Причем, с таким мнением я встречался не раз. Приходится объяснять людям, что все это — полное вранье.

Вообще, у российского обывателя можно сейчас отметить некое ”раздвоение личности”. С одной стороны, все понимают, что в России становится хуже: и денег мало, и цены растут, и грязно, и качество продуктов снижается. Казалось бы, очевидно, что виноваты власти. Но все почему-то верят, что все это из-за того, что ”весь мир против России, кругом враги, все только и пытаются мишке когти вырвать!”. Похоже на повторение Советского Союза.