В восстановившей свою независимость Эстонии были воссозданы Силы обороны и уроки гособороны, однако среди призывников перестала вестись культурно-воспитательная работа, сетует Копытин. Он сравнивает кадровый состав вооружённых сил со школьным педагогическим коллективом, работающим также по расписанию и утвержденным программам. Разница же заключается в том, что, в отличие от 12-летнего обучения в школе, в армии нет лишнего времени на проведение уроков граждановедения.

”В связи с тем, что наряду с детсадом, семьей, школой и вузом Силы обороны являются важным звеном образовательной цепи и процесса становления молодого человека как гражданина, в дальнейшем следует обращать больше внимания на повышение эффективности сотрудничества между школами и Силами обороны, — считает Игорь Копытин. — Для этого уроки гособороны должны стать обязательными, а в Силах обороны стоит взвесить внедрение программы по проведению культурно-разъяснительной работы — в сотрудничестве с местными самоуправлениями можно было бы организовывать для срочников регулярные посещения музеев, театров, обществ и трудовых коллективов ради улучшения солдатами знания своей родины”.

По мнению военного историка, для разъяснения целей государственной обороны имеет смысл взвесить централизованное применение программы через Министерство обороны и недоходные объединения наподобие НАТО. ”Это послужило бы также идеальной психологической защитой от окружающих нас гибридных угроз, направленных против всего общества, — полагает Копытин. — Ведь Силы обороны являются срезом общества и потому должны состоять из самых сильных и дееспособных граждан”.

Совсем не случайно, пишет автор статьи, в столь напряженной внешнеполитической ситуации, когда в мире информационно-психологические войны следуют одна за другой, в России была восстановлена должность офицера по воспитательной работе, задачей которого является поднятие боевого духа солдат.