В начале февраля 1987 года стало известно о том, что Горбачев приедет в Ригу, чтобы наградить первого секретаря ЦК КП Латвии Бориса Пуго орденом Ленина, а потом посетит и Эстонию. Известие о визите главы компартии вызвало нешуточный переполох. Первый секретарь ЦК КП Эстонии Карл Вайно и его соратники ломали голову: что показывать высокопоставленному гостю, а чего не показывать?

Ситуация усугублялась тем, что именно на это время в Таллинне был запланирован XX съезд Ленинского Коммунистического Союза Молодежи Эстонии (ЛКСМЭ). Мероприятие оценивалось как рискованное, так как молодежь зачастую высказывается достаточно прямолинейно.

В связи с этим было решено Горбачеву о съезде не говорить. После долгих размышлений была составлена программа, первым пунктом которой, после возложения цветов к памятнику Ленина, значилось посещение трикотажной фабрики ”Марат”.

Ametlikust programmist ei leia ELKNÜ XX kongressi, küll aga kohtumise Saku maaviljeluse instituudi töötajatega.
Erakogu

Всеобщее замешательство, граничащее с паникой

По прибытии в Эстонию Горбачев направился именно на фабрику. Он осмотрел цех, побеседовал с людьми, хотя в основном говорил сам и на свою любимую тему — тему перестройки. Разговор вел в свойственной ему манере: сам задавал вопрос и сам на него отвечал.

Швеи смотрели на генсека как на ”явление Христа народу”: вот он тут — так близко, что можно даже потрогать. Но потрогать было нельзя. За этим строго следили молодые люди спортивного телосложения с крошечными передатчиками в ушах.

Сначала все шло как по маслу: ”отец перестройки” говорил, рабочие кивали и улыбались. Но одна из швей решила нарушить идиллию и обвинила Горбачева в пустословии и в том, что никаких видимых улучшений в жизни не наблюдается. Женщина посетовала, что и на получение квартиры надеяться не приходится. Разговор подхватил другой работник, пожаловавшись, что ему приходится жить в общежитии вместе с бывшими заключенными, и это ужасно.

Подобного Горбачев не ожидал. Его охватила ярость. Он покраснел и отрезал: ”Если вы думаете, что я приехал сюда, чтобы раздать вам квартиры, то вы неправильно представляете себе перестройку!” После этого он развернулся и поспешил к выходу.

Руководство ЦК КП Эстонии перепугалось не на шутку. Первый секретарь Комитета Таллиннского Морского района КП Эстонии Яан Танвель в свое время описывал атмосферу как ”всеобщее замешательство, граничащее с паникой”. Все боялись, что потерявший самообладание Горбачев сядет в машину и отправится в аэропорт.

Тогда прошедший огонь и медные трубы министр легкой промышленности Юри Крафт стал единственным, кто решился что-либо предпринять. Он подошел к Горбачеву, положил ему руку на плечо и сказал: ”Присядьте, Михаил Сергеевич, нам нужно еще о многом поговорить!” И Горбачев присел. Позже Крафт говорил, что никогда в своей жизни не видел, чтобы человек был так сильно зол: его глаза были налиты кровью, а взгляд устремлен в пустоту.

Через какое-то время генеральный секретарь успокоился. Политического скандала удалось избежать.

Так ехал генсек

После визита на ”Марат” Горбачев отправился ”на осмотр центра города и Ратуши”, увидел на площади Победы, как она тогда называлась, большое скопление народа и приказал водителю остановиться. Тот резко затормозил, в результате чего следовавший за ним ЗИЛ на глазах у изумленных горожан врезался в лимузин генсека. Повреждения оказались не очень большие, но без осколков стекла на дороге не обошлось.

Колхоз ”9 мая” в Вяэтса находился в сотне километрах от Таллинна. 20 февраля 1987 года туда был доставлен самый главный чемоданчик СССР — ядерный. Само собой, вместе с единственным человеком, имеющим право нажать на кнопку.

Кортеж Горбачева ехал по полностью перекрытому Тартускому шоссе со скоростью 120 км/ч. За безопасность отвечал руководитель личной охраны Горбачева генерал-майор Генштаба СССР Владимир Медведев, однако, вне всякого сомнения, до предела были накалены и нервы руководителей местного МВД и Комитета внутренней безопасности.

Невероятную картину можно было наблюдать в тот февральский день. На протяжении всего пути следования генсека вдоль дороги, согласно установленной схеме, были расставлены работники милиции, которых специально для этого созвали со всей Эстонии, а из открытых задних окон автомобиля службы безопасности Горбачева — тоже на протяжение всего пути — во всех направлениях угрожающе были выставлены оружейные стволы.

Последствия сокрытия

Первое подозрение в том, что от него хотят скрыть съезд ЛКСМЭ, закралось у Горбачева еще 19 февраля, когда во время возложения цветов на площади Ленина о съезде обмолвилась главный редактор русскоязычной комсомольской газеты ”Молодежь Эстония” Ирина Ристимяги. Тогда генсек удивился, но ничего не сказал.

Позже на мероприятии в Ратуше ”старый коммунист” Алма Ваарман напрямую спросила его: ”Как же так, Михаил Сергеевич, лучшие представители молодого поколения проводят съезд в Таллинне, а вы не показываете виду?”

Oleme kokku leppinud? Vana kommunist Alma Vaarman veenis peasekretär Gorbatšovi, et Eestis viibides noortekongressile minemata jätmine ei lähe kohe mitte.

Так Горбачев решил принять участие в съезде, а у его помощников началась беготня и спешка: переделывать расписание, менять логистику, в срочном порядке ”склеивать” из текстов рижских выступлений приветственную речь, которая в итоге, к слову, поставила Горбачева перед участниками конгресса в неудобное положение. Но это уже совсем другая история….