Генрихсон как самка паука плела сети и заманивала в них ”мальчиков на побегушках” и работников Департамента полиции и погранохраны. И они за вознаграждение помогали ”клиентам” в получении вида на жительство или гражданства Эстонии, а также других государственных документов (документов об образовании, результатах экзамена на знание государственного языка, врачебных справок и т. д.).

Первая ”туманная” информация о происходящем поступила в службу внутреннего контроля департамента в 2013 году. В 2014 году появились реальные ”ниточки”, когда в результате проведенной миграционным бюро проверки удалось получить контакты посредника и послать к нему ”человека, который где-то слышал, что можно получить помощь в оформлении вида на жительство”. ”Он пошел, встретился. Перед тем, как заговорить о деле, его расспрашивали и разве что не пытали, но он был достаточно хорошо проинструктирован и сумел довести маскарад до конца. В итоге его свели с человеком, который может помочь. Это была женщина, называвшая себя Маарикой”, — рассказал руководитель службы Майт Сийгур.

Неразрешимых проблем не бывет

”Что у тебя за проблема? Нет гражданства, не знаешь языка и есть судимость? У любой проблемы есть решение, но это стоит денег”. Встреча ”подсадной утки” с Генрихсон закончилась обещанием поддерживать связь, а для службы внутреннего контроля началась невиданных доселе масштабов операция под кодовым названием ”Маарика”. ”В первые недели нас просто оторопь брала от того, насколько всеобъемлющим и сложным все оказалось! И насколько основательно их затянула эта вырисовывавшаяся паутина. Ведь сначала мы думали что речь идет лишь об одном нечистом на руку чиновнике. Но появлялись все новые и новые”, — говорит Сийгур. Выяснилось, что в деле замешаны уважаемые работники со стажем.

Члены преступной группировки следы заметать умели очень хорошо. Встречи обычно происходили в кафе, подвальчиках, на берегу моря, в машине. Именно автомобиль служил Генрихсон генеральным штабом, что очень затрудняло слежку, так как трудно незаметно провести ее в безлюдном месте. Кроме того, она всегда двигалась вне потока, сама того не ведая, вставляя стражам правопорядка палки в колеса. Ее стиль вождения ставил под вопрос и законность получения ею водительского удостоверения. Наряду с этим костяк банды постоянно менял номера телефонов, и вообще был очень осторожен в своих звонках и иных действиях.

Не один десяток причастных

Итак, основателем и руководителем преступной группировки была Любовь Генрихсон. Помимо нее, обвинение было предъявлено еще 11 лицам. Правосудие над Генрихсон еще не свершилось, но в понедельник Харьюский уездный суд заключил с другими членами группировки соглашение и назначил им наказание в виде шокового заключения. Так, суд назначил бывшим работникам Пыхьяской префектуры Жанне Реэде и Лайви Сеэман и бывшим работникам Департамента полиции и погранохраны Меэли Палувитс и Юлле Лилль наказание в виде лишения свободы сроком на пять лет, из которых они должны будут отсидеть два месяца реально.

Сергей Зимаков, Ирина Савенкова и Ольга Цветкова также получили по пять лет условно, Екатерина Бочарова и Екатерина Леонова получили три года условно. Антон Киммер был наказан денежным штрафом, Оксана Дмитриева, которая предоставила свой паспорт для сдачи одного экзамена, избежала обвинения.

В отношении еще 75 человек (из них 65 — ”клиенты”) был применен принцип опортунитета: в результате внесудебного производства им было назначено наказание либо в виде денежного штрафа, либо в виде общественно-полезных работ. Также они должны будут возместить все связанные с уголовным производством расходы.

”Почти все они рассказали, как Генрихсон ”добывала” клиентов, как завязывались знакомства, как проходило общение с ее пособниками. Многие рассказали об общении с чиновниками и существенно посодействовали следствию. Десять человек — это те, кто в интересах группировки сдавали экзамен по эстонскому языку. Они тоже вышли из процесса”, — сказал ведущий государственный прокурор Стивен-Христо Эвестус.

Небывалая конспирация

Сама Генрихсон никогда не ходила на встречи с чиновниками, чтобы ”не засветиться”. За нее это делали пособники, но и они соблюдали крайнюю осторожность и со всей тщательностью заметали следы.

”Личный код посылался по СМС с неизвестного номера на номер чиновника, имеющего доступ к базе данных. Но сам код делили на две части, переворачивали и отсылали двумя сообщениями. Вокруг него в свою очередь создавали какое-то сообщение. Если кто-то со стороны увидел бы это сообщение, то ничего не бы не понял. Мы уже могли это разгадать, а через десять минут чиновник уже вводил код в компьютер”, — рассказывает Сийгур.

Следствие осложнялось еще и тем, что в разговоре ”члены банды” употребляли шифр и клички. К примеру, Юлле Лилль была ”Розочкой” или ”Вазочкой”, Меэли Палувитс — ”Птичкой”. ”Если ты услышишь такой разговор вне контекста, то ничего не поймешь”, — отмечает Эвестус.

Перед экзаменом человека, который шел его сдавать вместо ”клиента”, тщательно гримировали в одном из салонов красоты Таллинна, использую паспортные фотографии. Генрихсон предлагала сдающим экзамен успокоительные таблетки, чтобы скрыть их обеспокоенность. Если среди членов группировки не оказывалось человека, которого можно было загримировать под ”клиента”, его искали извне: ”Так, у нас есть один азербайджанец или грузин. Кто-нибудь знает хорошо говорящего по-эстонски грузина или азербайджанца?”. Человеку, сдававшему экзамен, Генрихсон платила 100-200 евро.

"На крючке" у Генрихсон

Согласно материалам обвинения, группировка была создана в 2009 году, однако показания причастных к делу указывают на то, что она могла действовать и раньше.

По словам Эвестус, чиновники объясняют свое поведение тем, что они находились в безвыходном положении. Например, Меэли Палувитс. ”Она рассказала, что в 1995 году впервые взяла у Генрихсон взятку. Их свел один работник Налогово-таможенного департамента, которого сейчас уже нет в живых. Он сказал, что у Генрихсон возникли какие-то проблемы с документами. Чиновник помогла завершить производство, напрямую никаких незаконных действий при этом не совершая. Генрихсон сунула ей конверт, в котором оказалось 100 крон. Палувитс испытывала неприятное чувство, но первый шаг был сделан, и теперь она была на крючке”, — объясняет Эвестус.

Часть членов группировки были завербованы следующим образом: Генрихсон давала им в долг большие суммы, но обратно не требовала. ”Она делала из них т.н. благодарных должников и шаг за шагом брала на крючок. Она очень умело манипулировала людьми”, — говорит Эвестус.

”Клиенты” приходили к Генрихсон благодаря ”народной молве”. Кроме того, женщина умела очень хорошо рекламировать свои ”услуги”. Так, человек мог прийти за видом на жительство, а уйти с ”полным пакетом” (временный вид на жительство, экзамены на знание языка, через пару лет — постоянный вид на жительство и далее гражданство).

"Самка паука посреди расставленных ею сетей"

Генрихсон проживала одна, но жила, что называется, за троих. Вечера любила проводить в казино. Большие сумм, правда, не спускала. Женщина действовала под несколькими идентитетами (людей, которые в последние десять лет не были в Эстонии). При обыске у нее было обнаружено восемь париков. ”В своей практике я ни разу не встречал такого, чтобы главный обвиняемый жил с несколькими головам, то есть с индентитетом трех разных людей”, — сказал Эвестус.

Салоны красоты, СПА, спортзалы и рестораны являлись для Генрихсон вторым домом. А, может, и первым, так как в ее квартире в Мустамяэ не было ничего эксклюзивного. Знакомых у нее тоже особо не было.

”У нее был свой бизнес, в которой она была главной. Она решала, с кем встречаться. Она была паучихой в центре своей сети”, — говорят Сийгур и Эвестус в один голос и добавляют, что, помимо прочего, Генрихсон является превосходной актрисой, что, несомненно, помогало ей в ”бизнесе”.

В ходе обыска в ее квартире было обнаружено огромное количество фотографий, распечаток, удостоверяющих личность документов. Всего в рамках дела было получено более 10 000 единиц документальных доказательств, из них 99,9% были обнаружены в квартире Генрихсон. Уголовное дело состоит из 36 томов. Одних только стенограмм протоколов розыскных действий насчитывается 1500 страниц.

Положительным моментом во всей этой истории является то, что группировка не была использовала в антигосударственных целях и что люди, получившие через нее вид на жительство или гражданство, не представляют опасности для государства.