На вопрос журналиста Stanford political journal, почему либеральное мировоззрение больше не в состоянии защитить свои ценности, Ильвес ответил, что понятие ”либерализм” в США и в остальном мире разнится.

”Когда я говорил, что я либерал, это ничего не говорило о том, правое или левое у меня мировоззрение. В то же время я верю в свободные выборы, правовую систему и уважение прав человека”, — поделился Ильвес.

”Почему произошло противостояние либерализму в глобальном масштабе? Потому что люди забыли, что такое война. ЕС был создан для того, чтобы предотвратить войну. В конце 1940-х, после разрушительной Второй мировой войны, вновь стало нарастать напряжение между Францией и Германией. И это напряжение надо было заземлить. Сейчас предложение ”Европейский союз — проект мира” не значит ничего. А для тех, кто рос в послевоенной Европе, это предложение что-то значило.

После Второй мировой мы наблюдали большие экономические подъемы и спады в Европе и в США, но никто не сомневался в принципах либеральной демократии и необходимости защищающих ее сильных институтов. Премьер-министр Венгрии сказал, что мы нуждаемся в нелиберальной демократии. Я не знаю, что точнее он имел в виду, но это вызывает беспокойство. Мы видим это и в странах ЕС, которые сегодня в Евросоюз не попали бы”, — добавил экс-президент. Что это за страны — он не уточнил.

Договоры — чтобы выполнять

На вопрос, в какой момент Ильвес понял, что взгляд нового президента США Дональда Трампа на политику безопасности иной, нежели принято в Европе, экс-президент ответил, что Трамп — критичен в отношении тех стран-членов НАТО, кто не выполняет требование о двухпроцентных тратах на оборону.

”Эстония — одна из четырех стран, которая платит сколько нужно, то есть можем сказать, что ”хорошо”. Но, с другой стороны, раньше было так, что есть договор, и есть обязательства, то ты их выполняешь. Ратифицированный договор становится договором внутригосударственным. И раз Эстония подписала Североатлантический договор, он стал и эстонским законом, и, таким образом, Эстония должна выполнять статьи”, — добавил Ильвес.
”Когда пришлось посылать своих военных в Афганистан по пятой статье договора, мы и это сделали. Многие европейские страны реагировали иначе”, — вспомнил Ильвес.

Также бывший глава государства полагает, что если кто-то должен покинуть НАТО, то он просто выходит. ”Это — личный выбор самой страны”, — уверен Ильвес. ”В то же время, я не вижу особой причины, почему кто-то должен в действительности выходить из НАТО. Ле Пен и Беппе Грилло используют эту риторику как часть своей кампании”. Ильвес также поделился, что для него как для ребенка военных беженцев, демократия много что значит; и, живя в США во времена Холодной войны, у него возник большой интерес к внешней политике.

Полностью интервью Тоомаса Хендрика Ильвеса можно прочесть тут.