На самом деле издание Eesti Ekspress хотело взять интервью у 90-летней пенсионерки Веры Раевской, но в связи с преклонным возрастом матери дочь Раевской, министр иностранных дел Марина Кальюранд, не считает это возможным.

”Сейчас мы действительно держим ее в информационном вакууме. Мама знает, что я баллотируюсь в президенты. Она смотрит ”Актуальную камеру”. Но мы просматриваем газеты, которые мы ей даем. В интернет она не заходит”, — рассказывает Кальюранд.

Так Кальюранд пытается уберечь мать от ”всей той лжи”, которая в последние недели появилась в прессе об их семье. В качестве примера Кальюранд приводит домыслы о том, что ее мать якобы въехала в Эстонию на танке.

Семейные тайны

Хотя Кальюранд уже больше года работает на посту министра иностранных дел, общественность практически ничего не знает о ее семье. Даже саму Кальюранд удивляют многие факты, недавно всплывшие на поверхность. Например, в государственном архиве хранятся воспоминания Антонины Кесс, в которых семья Раевских названа ”партизанской семьей”. Кальюранд утверждает, что по словам мамы, в их семье никто партизаном не был.

Новостью для Кальюранд стало и то, что Кесс называет сестер Раевских помощницами советских военнопленных. По ее словам, Вере Раевской не нравится говорить о войне, поэтому дочь тщательно выбирает темы для разговоров с матерью: ”Помогала ли она когда-нибудь каким-то пленным? Я об этом не спрашивала”.

Вера Раевская, средняя из трех сестер, родилась 2 октября 1925 года в бывшем уезде Вирумаа, на хуторе вблизи российской границы. Семья жила относительно зажиточно, поэтому с приходом советской власти в 1940 году перед дедом Кальюранд встал выбор: вступить в Коммунистическую партию или быть депортированным вместе с семьей.

Дед Марины Кальюранд, Александр Раевский, сражался во Второй мировой войне на стороне Советского Союза. Как он попал на войну и что с ним впоследствии случилось, Кальюранд не знает. По ее словам, в их семье не отмечали 9 мая и никуда не носили цветы. Она добавляет, что ситуация могла бы быть иной, если бы они знали, где похоронен ее дедушка.

Кальюранд все же признает, что участвовала в празднествах по случаю Дня победы в школьные годы, так как входила в ряды октябрят и пионеров. Кальюранд училась в Таллиннской 7-й средней школе, которая находилась в здании нынешнего Французского лицея. Рядом была горка Тынисмяги с Бронзовым солдатом. Кальюранд вспоминает, что и она стояла у вечного огня в почетном карауле, но фотографий у нее нет.

Ирония судьбы

”Отец практически не принимал участия в моем воспитании. Я его видела раз пять-шесть”, — рассказывает Кальюранд. Вера Раевская и латыш Имантс Уйтс, отец Кальюранд, развелись в октябре 1963 года. Марине на тот момент был год и один месяц. В регистре народонаселения она выяснила, что отец умер в 1993 году и похоронен где-то в Пярнумаа.

Из рассказов матери и других родственников Кальюранд знает, что во время Второй мировой Уйтс был мобилизован во вспомогательную наземную службу немецкой авиации. В связи с этим в советское время он отбывал наказание в стройбате в Нарве, где он и познакомился с Верой Раевской. По иронии судьбы Вера влюбилась в служившего на стороне немцев латыша, наказанного советской властью. Пара поженилась в 1951 году.

”То, что я сейчас узнаю о жизни своей матери, показывает, какая трудная у нее была жизнь. Я очень благодарна, что она воспитала меня именно такой, какая я есть, с уважением к языку, культуре и государству, хотя у нее могла бы найтись тысяча причин быть полной горечи. Эстония — ее родина”, — говорит Кальюранд.

На протяжении многих лет Вера Раевская работала старшим референтом в первом отделе управления делами совета министров ЭССР. Кальюранд верит, что этот отдел не был никоим образом связан с КГБ, а лишь являлся отделом документов совета министров. На самом деле первый отдел занимался секретными документами правительства ЭССР, которые охватывали все: от переписки с военными силами и заканчивая секретными докладами о распространении венерических болезней. Однако нельзя утверждать, что у него была прямая связь с КГБ.

Вера Раевская работала в замке Тоомпеа, где сейчас проходят заседания Рийгикогу. Быть может, цитадель эстонской власти знакома министру иностранных дел уже с детства? ”Столовая замка Тоомпеа — да. Сам замок знаком мне с 1991 года, когда я приступила к работе в Министерстве иностранных дел”, — вспоминает Кальюранд.