Ответ пришел от лица советника премьер-министра — Герли Нурмс.

Как со стороны правительства Эстонской Республики контролируют денежную помощь, предоставляемую самоуправлениям и организациям Украины? Используют ли ее по назначению?

Из средств сотрудничества в сфере развития и гуманитарной помощи, администрируемых Министерством иностранных дел, в связи с конфликтом на Украине гуманитарная помощь выделена следующим образом:

50 000 Международный фонд "Возрождение", поддержка пострадавших во время беспорядков на Украине,
25 000 Caritas Украина, реабилитационная помощь пострадавшим во время беспорядков на Украине,
10 000 Vitale-XD OÜ, медикаменты на Украину через украинский Красный Крест,
70 000 Министерство социальных дел, лечение в Эстонии 5 пострадавших в ходе уличных беспорядков на Украине,
70 000 Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев, внутренние беженцы на Украине,
100 000 Министерство социальных дел, лечение 10 украинских пациентов,
80 000 Управление верховного комиссара ООН по делам беженцев, продовольственная помощь Украине.

При оказании гуманитарной помощи МИД исходил из общераспространенного принципа, что помощь оказывают по надобности. Основой для этого является либо просьба о помощи государства, в ней нуждающегося (в том числе и территории, объединения и т.д.), либо просьба о помощи со стороны международной организации.

При выборе поддерживаемых организаций исходят из их надежности, прозрачности действий, а также международного реноме, в том числе в глазах других доноров. К этому добавляются и нахождение организации на месте, доступ к кризисной территории, способность действовать оперативно и т.д.

Так, например, на международных организациях гуманитарной помощи лежит обязанность информирования доноров о целевом использовании денег. В то же время общераспространенной является практика, когда при гуманитарных пожертвованиях избегают обозначения цели, поскольку таким образом у организаций есть возможность использовать деньги именно для финансирования самых первостепенного, что не всегда должно совпадать с целями доноров.

В случае с гуманитарной помощью Украине партнеров тоже выбирали именно на основании их надежности. Здесь стоит добавить, что особенно сложно было найти партнеров именно в начале событий на Майдане, когда многих международных организаций не было на месте или у них не было готовности действовать, да и доступность международной гуманитарной помощи была затруднена. Здесь большую поддержку оказало Посольство ЭР в Киеве, при посредничестве которого организовано все общение. Таким образом, у нас нет никакого подозрения относительно нецелевого использования помощи, оказанной Эстонией.

По каким критериям отбирают потерпевших, направляемых на лечение в Эстонию? Думали ли также о том, как помочь пострадавшим на войне женщинам и детям, жителям Луганска и Донецка?

Критерием при выборе пациентов была возможность транспортировки пациента, а также то, чтобы мы здесь могли их лечить лучше, чем сейчас возможно на Украине.

Планируется ли во время визита президента Украины Петра Порошенко заключить договор о приведении в порядок могил погибших в 1944 году в Эстонии и в послевоенных сталинских репрессиях граждан Украины? Об этом шел разговор в ходе визита президента Ющенко в Эстонию в декабре 2006 года.

В части упомянутого договора переговоры не ведутся. Президенту Порошенко передано приглашение посетить Эстонию, но дата не подтверждена.