Те, у кого была возможность, покинули горячие точки ведения боев, рассказывает Мейкар. Но у многих нет денег на то, чтобы уехать, да и некуда. Именно для многих пожилых людей и для более бедных семей война стала неизбежной реальностью, в которой приходится учиться выживать.

"Жители Дебальцево живут посреди войны с середины июля, когда украинская армия начала наступление. Город освободили от террористов 24 июля, но "освобождение" для многих местных простых жителей столь же ироничное выражение, как и "перемирие", - отмечает Мейкар.

"Сепаратисты нам не мешали, но потом наступление начала украинская армия, - говорит женщина - Они называют это "освобождением", но что это за освобождение, если после этого постоянно обстреливают город, и те, кто не погибает, должны жить в постоянном страхе".

Сердитая толпа собралась во дворе многоэтажного дома, чтобы осмотреть последствия обстрела системой "Град", который произошел рано утром в пятницу, продолжает Мейкар. Внешняя стена кухни на пятом этаже разрушена, осколки и ударная волна разбили расположенные поблизости окна. Это далеко не первый раз для жителей этого квартала, когда приходится собирать осколки стекла и кирпичей и заделывать окна фанерой. "Они нисколько не сомневаются, что при освобождении города сюда упал "подарок" украинской армии, но кто обстреливал город после этого, они отвечать не хотят", - отмечает Мейкар.

"Возможно вооруженные бойцы (ДНР/ЛНР)", - неуверенно отвечают на вопрос Мейкара местные жители и с уверенностью добавляют: "Но если бы здесь не было украинских военных, то у них не было бы причин стрелять". Что же должна делать Украина? "Просто уступить террористам регионы, которые они хотят получить?" - задает вопрос Мейкар. Местным этот вопрос не нравится, эмоционально, на повышенных тонах они объясняют, что жизнь здесь была спокойная, они этой войны не хотели, и не понимают, почему они должны платить столь высокую цены.

"Прибывший на место патруль львовского батальона и местной милиции сначала спокойно выслушивает лавину ругани, и затем пытается спокойно объяснить, кто обстреливает город", - рассказывает Мейкар.

Жителю разбитой квартиры повезло: если бы обстрел произошел не в полшестого утра, а через час-два, то на кухне, в которую попал снаряд, мог быть сам хозяин. Чудом спасся и житель частного дома на улице Мира. Ракета пробила крышу, пролетела сквозь открытую дверь и взорвалась на полпути в подвал. "Если бы я не спал, а стоял, то был бы набит таким металлом", - показывает житель собранные осколки, размером со спичечный коробок.

Старик из соседнего дома грустно смотрит на разбитое здание и говорит, что к зиме его отремонтировать не удастся. "Времени на это уже нет, да и денег у него бы не хватило, - говорит он с беспокойством. - Да и зачем ремонтировать, если завтра можешь получить еще один удар".

Откуда-то издалека постоянно слышатся взрывы, но жители Дебальцево так как этому привыкли, что никак не реагируют.

В городе уже несколько месяцев не было воды, местные жители стоят в очереди у колодцев с десятилитровыми пластиковыми бутылками. "Газ вроде где-то есть, где-то нет, точно не понять. И даже если бы он был, центральная система отопления взорвана, и в радиаторах многоэтажных домов гуляет ветер", - рассказывает Мейкар.

"Местные жители вынуждены как мириться с повседневным страхом и опасностью, так и готовиться к приходу зимы. У многих кончаются деньги, и даже если на счет выплачена зарплата или пенсия, ее никак не получить. Некоторые киоски и продуктовые магазинчики открыты, но работники основного работодателя - железнодорожной компании - находятся в принудительном (=военном) отпуске. Через Дебальцево проходит самый короткий путь из Донецка в Луганск, здесь находится второй по размеру на Украине железнодорожный узел. Именно поэтому город и его окрестности так стратегически важны, и украинская армия держит его под своим контролем, будучи ограниченной с трех сторон", - продолжает Мейкар.