Журналист Postimees Яанус Пийрсалу описал постановление Лефортовского суда Москвы, которым санкционировали заключение Кохвера под стражу на два месяца. Согласно этому постановлению, 22 марта Кохвер вступил в контакт с сотрудником Псковского отдела ФСБ В.В.Ивановым. По утверждению ФСБ, целью контакта была вербовка Иванова и получение таким образом доступа к интересующим КаПо данным, содержащим гостайну РФ. По обвинению, следующая встреча якобы состоялась 19 июня, а последняя — 5 сентября, когда ФСБ и задержала Кохвера.

Прежде адвокат Аксенов не желал комментировать эстонским журналистам суть обвинения, но во вчерашнем номере Postimees он был уже гораздо разговорчивее. Некоторые компетентные источники выражают мнение, что устами Аксенова ФСБ желает транслировать свои позиции. Адвокат дал понять, что верит версии ФСБ, а не КаПо. Это и настораживает. У ФСБ, мол, имеются все материалы, чтобы доказать пребывание Кохвера в сентябре на территории России. Подобные утверждения адвоката подзащитному не помогают и показывают, скорее, что вместо Кохвера тот защищает ФСБ.

Странным образом Аксенов сообщил, что ФСБ не станет обвинять Кохвера в незаконном пересечении границы, так как "пролегание границы весьма неясно, и люди невольно пересекают ее так, что и сами не понимают этого". Что, Россия поняла свою ошибку и пытается теперь через адвоката смягчить ее?

Ведь эстонская сторона неоднократно утверждала, что в течение всей операции Кохвер находился на территории Эстонии, близ пограничного столба N 121, там его задержала ФСБ и силой доставила в Россию. На это указывали подписанные представителями двух государств первоначальные протоколы осмотра границы, и это КаПо подтвердила и вчера, когда Eesti Päevaleht вновь задала конкретный вопрос. У Эстонии есть и несколько свидетелей, которые могут подтвердить, что до взрывов Кохвер находился на территории Эстонии.

С Россией — все наоборот: если надо, то и соврут. ФСБ отлично знает, что другие государства никогда не верят им до конца. Для них существеннее, скорее, то, чтобы общественность Эстонии сомневалась в своей спецслужбе. Это медиастратегия ФСБ, и, к сожалению, кажется, что ее внедряют через, так сказать, защитника.

Eesti Päevaleht писала, что на сайте Московской областной коллегии адвокатов фамилия Аксенова значится, но со ссылкой на адвокатское бюро, где он не работает. Об этом свидетельствуют и домашняя страница бюро, и человек, ответивший на телефонный звонок. В регистре московских адвокатов Аксенова мы не нашли. Искали данные о нем и в Российском регистре судебных решений, однако отыскали лишь одну ссылку, согласно которой, некий Аксенов Евгений Вячеславович взыскивает долг.

В интернете можно найти ссылку на московский офис Аксенова, его адрес и номера телефонов, но оба телефона выключены.

Ранее Аксенов говорил, что был приглашен защищать Кохвера в качестве так называемого дежурного адвоката, которого коллегия адвокатов назначает тогда, когда защита быстро нужна человеку, не имеющего своего адвоката. Кроме того, по утверждению самого Аксенова, это первый раз, когда он занимается судебным делом ФСБ. Как может стать защитником в таком деле человек, у которого нет публичного CV? А, может, Аксенов, окончивший в 1990 году Харьковское высшее училище танковых войск и в 1998 году — вечернее отделение МГУ по специальности "Коммерческое право", и не хочет публичности? Может, он и является именно собственным и постоянным "дежурным адвокатом" ФСБ?

Лучшая правовая защита, конечно, помешала бы ФСБ достичь своих целей. А, так сказать, свой адвокат будет говорить, что надо ФСБ. Как известно, Кохвер отказался или был вынужден отказаться от адвокатов Марка Фейгина и Николая Полозова, которых наняла ему Эстония.

Аксенов говорит, что решением было бы обменять Кохвера на кого-то и утверждает, что в этом убежден и сам Кохвер. Аксенов утверждал также, что ФСБ нужен поучительный пример: не надо сотрудничать с разведками, так как все равно рано или поздно провалитесь. Иными словами, это как бы знак своим. О судьбе сотрудника Псковского отдела ФСБ Иванова ничего не слышно.

Арест разведчика за границей неизбежно является частью т.н. межгосударственной игры, но арестованный в России Кохвер — не разведчик. КаПо — учреждение контрразведки, а не разведки и не посылало своих офицеров, в том числе Эстона Кохвера, на разведку за границу. Кохвер не занимался даже контрразведкой, в его служебные обязанности входило раскрытие и предотвращение преступлений, угрожающих безопасности.

Если дело Кохвера наконец дойдет до суда, холодным душем для общественности может стать новость о том, что Кохвер дал чистосердечное признание. К этому надо быть готовыми, но тогда сразу спросить: был ли Кохвер свободен в своем выборе? Или: а был ли у него там вообще какой-либо выбор?