Согласно данным TNS Emor, весной прошлого года передачи Радио 4 слушало 15,7% жителей Эстонии. Зимой охват аудитории сократился до 14,6%, а в апреле он составил 13,1% — от Радио 4 отвернулось 30 000 человек, пишет Eesti Päevaleht.

”Возможно, некоторые русскоязычные жители проголосовали ушами. Весной тема Украины стояла особенно остро. Люди устали, даже история с самолетом скорее забылась”, — прокомментировал член правления ERR Айнар Рууссаар.

”Делать для русскоязычного жителя передачу, которая удовлетворяла бы две группы, практически невозможно, — отметил работник радио, который попросил не указывать его имени. — В кризисное время люди должны выбирать сторону — было бы весьма любопытно, если в такой ситуации какой-нибудь канал не потерял слушателей”.

Рууссаар с таким объяснением согласился. ”Некоторых может раздражать то, что используются раздражающие их термины: оккупация, аннексия. Это такие сложные эмоциональные выражения. При этом распространен миф, что к ним относятся, как к оккупантам. Это неправда. Однако заправляют всем эмоции. Для русскоязычных эти слова обладают не таким значением, как для эстоноязычной публики”, — добавил он.

При этом Рууссаар не исключил возможности того, что уменьшение числа радиослушателей явилось следствием конкуренции с коммерческими радиостанциями. Однако, даже если часть русскоязычных жителей перестала слушать Радио 4 ”по политической причине”, радио не смягчит свою позицию, заявил член правления.

”Факт в том, что Национальное телерадиовещание не может в рамках даже одной программы принять другое решение — все, теперь поговорим о том, что Крым был исконно русской землей. Задача заключается в том, чтобы ознакомить слушателя с мнением Эстонии и мнением эстоноязычного большинства, которое, вроде как, осуждает оккупацию Крыма”, — продолжил он.

Историк Давид Всевиов считает, что люди просто устали от всего , что связано с войной, и больше не хотят следить за новостями. ”Русская пропаганда или нерусская пропаганда — люди увидели жертв и трупы. Русский человек знает одно: войны мы не хотим”, — указал историк.