На российском берегу Наровы до референдума было сосредоточено подразделение казаков. Организаторы референдума, которые хотели, чтобы он был "чистым", боялись кровопролития, если бы казакам было разрешено перейти на другой берег, рассказал 62-летний Чуйкин.

„Я вел с Путиным переговоры о том, что Россия должна закрыть свою границу, чтобы эти парни не смогли прийти сюда, — вспоминает он. — Я был знаком с Путиным и его начальником — мэром Анатолием Собчаком, и они организовали мою встречу, в принципе, с КГБ. Мы договорились, что никаким "третьим силам" вмешаться не разрешат".

В отличие от крымского референдума у нарвского не было поддержки Кремля, так что давление извне — дать русским большую автономию — отсутствовало, отметил Чуйкин.

Этот опыт мог помочь Путину сформировать свой подход к помощи русским во всем бывшем Советском Союзе, что стало внешнеполитическим приоритетом после его избрания президентом в 2000 году.

„У нас не должно быть никаких иллюзий, что в России нет подробных планов защиты русскоязычного населения и граждан РФ в странах Балтии, которые отразили бы то, что произошло в Крыму", — заявил руководитель Балтийского центра исследований России Владимир Юшкин.

Во время Великой Отечественной войны отец Путина чуть не погиб, когда эстонцы "предали" его парашютное подразделение, когда то забросили за линию фронта западнее Петербурга, можно прочитать в изданной в 2000 году книге "Первое лицо", содержащей интервью Путина.

„Отец был вынужден, находясь в болоте под водой, дышать через соломинку", — говорит в этой книге президент России. В живых осталось лишь четверо из 28 бойцов.

Эта история заставила МИД ЭР сделать вывод, что Путин затаил злобу по отношению к Эстонии, следует из опубликованной в 2009 году WikiLeaks телеграммы.

Как сообщает Bloomberg, в Нарве трудно найти кого-то, кто хотел бы войти в Россию. Так сказал мэр города Эдуард Эаст и добавил, что спекуляции СМИ о вероятности нового референдума для жителей, входящих теперь в эстонское общество, оскорбительны.

„То, что некоторые люди не разделяют всех политических взглядов большинства эстонцев, нормально, — сказал мэр Нарвы. — Нам не нужно общество, где разрешено только одно мнение".