С чем входит лицей в новый учебный год? ”В этом году школа отмечает 25-летие, — начал отвечать Гаранжа. — У нас 1075 учащихся — при норме 900. Мы по-прежнему являемся, может быть, даже второй школой республики по наполняемости. Набраны четыре очень больших первых класса, это 118 человек, а желающих было на десять классов. Два больших десятых класса (61 человек), с нашей точки зрения, достаточно хорошие по оценкам и по знаниям. Прибыло два новых учителя”.

По словам директора, дети порадовали летом — школьный футбольный клуб ”Эверест” выиграл несколько международных турниров. ”Удалось практически сохранить и даже пополнить команду наших баскетболисток, которые в этом году ездили на чемпионат мира среди школьных команд и среди 24-х заняли 10 место”, — добавил Гаранжа.

Что может произойти в лицее в связи со школьной реформой? ”Вы знаете, такие события непредсказуемы. Два года назад мы писали программу, подбирали кадры под три направления — теперь оказывается, что они вообще никому не нужны. По кадровой политике такие изменения, что очень сложно сказать, как теперь рассматривать квалификационные характеристики. Я думаю, что наконец уже и на уровне различных партий в Рийгикогу есть какое-то понимание, что школе нужны не реформы, ей надо дать стабильно развиваться и делать свое дело вне всякой политики. И вот этого, по-моему, сейчас ждут все — как школы с эстонским языком обучения, так и школы с русским языком”.

Не видит ли Сергей Гаранжа опасности в том, что все русские стремятся отдать своих детей в такие школы, как его лицей, тем самым обескровливая остальные и приводя к их ликвидации?

”Нам всем — директорам школ, СМИ, Департаменту образования — надо изменить эту ситуацию, что если школа переходит в ранг основной, то она должна умереть. Сейчас, за исключением нескольких школ с русским языком обучения, во всех, по крайней мере интерьерно, созданы все необходимые для учеников условия. Все! В принципе, в большинстве своем в кадрах мы подпитываемся одними и теми же выпускниками Тарту, Таллинна. И мы, наш лицей, теперь не может сказать, что у нас лучшие условия. По сравнению с другими школами с русским языком обучения мы находимся чуть в худшей ситуации: не хватает раздевалок, нам будет не хватать помещений для питания и т.д. Родители должны понимать — если для детей созданы условия в их школах и они вместе с попечительским советом, учителями болеют за свою школу, у детей будет будущее. Не надо поддаваться на разговоры об умирающей основной школе и двух-трех гимназиях, которые останутся. Создадим условия, переломим ситуацию — и все будет в порядке. Если родители будут выбирать на эмоциях, то никакого результата не будет”.

В качестве примера директор привел такую историю: ”Приходит ко мне мама со слезами на глазах — примите моего ребенка! Они пошли в эстонскую школу, там его взяли, а после собеседования сказали — он в садик эстонский не ходил, ваша семья эстонским не владеет, на уровне других русских детей, которые пришли из эстонских детсадов, он не будет успешен. Мы его возьмем, но он должен посидеть два года в одном классе. То есть родители, не задумываясь, делают такие шаги, ставят над своими детьми эксперименты. Не надо этого делать!”