В среду СМИ распространили сообщение о том, что Комиссия ООН по борьбе с расовой дискриминацией рекомендует Эстонии смягчить свою языковую политику и ввести второй государственный язык.

"Да, я слышал об этом, — сказал Delfi Лаури Вахтре. — И я отношусь к этому предложению плохо. Мне кажется, что люди, которые предлагают подобное, живут в каком-то другом мире, ведь если внедрить это предложение в жизнь, то все, чего мы достигли путем интеграционной политики, сойдет на нет. На данный момент процесс движется все-таки по большей части в хорошем направлении, и мне кажется, что сейчас в Эстонии отношения эстонцев и русских сравнительно хорошие".

"Я вижу желание у обеих сторон, — сказал Вахтре. — Например, послезавтра я представляю учебник истории Эстонии для русских гимназий, который предназначен именно для молодых с русским фоном. Все работает".

"Вероятно, эти люди там в ООН находятся, так сказать, в прошлом веке со своими понятиями. Они борются против расизма, которого давно нигде нет, а в Эстонии никогда и не было, — комментирует предложение ООН Вахтре. — Конечно, сейчас ситуация изменилась и вопрос о месте эстонского языка не стоит так остро, как это было двадцать лет назад".

"Наше общество в целом (как русские, так и эстонцы) в каком-то смысле пережило болезнь. Как вы сами знаете, после тяжелой болезни необходимо определенное время принимать лекарства, хотя и кажется, что болезнь прошла".

Что касается штрафов и других подобных мер за недостаточное владение государственным языком, Вахтре утверждает, что языковая инспекция не должна быть репрессивным органом. "Я, конечно, не утверждаю, что она сейчас таковой является, но многим, быть может, так кажется, и это тоже нехорошо".

По мнению Вахтре, резкое изменение отношения государства и политики приведет к резкому скачку назад в то время, когда опасность для эстонского языка все-таки существовала.

"Конечно, очень легко выдумать более мягкие методы, но у них есть один недостаток — они не всегда срабатывают. Конечно, слишком суровых методов тоже не надо, ведь никто же не хочет придираться и наше желание одно — чтобы все владели эстонским. Когда это случится, проблема исчезнет сама собой, — говорит Вахтре. — В то же время, государство очень четко сказало, что не хочет силой "обэстонить" русских. Все, кто захочет, сможет продолжать жить дальше в русскоязычной среде".

Тем не менее, по мнению Вахтре, официально двуязычное государство — это утопия.

"В нашем положении, в нашей маленькой стране, которая находится под боком у большой России, ситуация просто не была бы стабильной. Можно сказать, что наша политика сохранения эстонского языка выстроена таким образом, что и так обеспечивает по сути двуязычие. Но, если мы введем второй язык официально, то вернемся на дорогу, по которой начинали идти двадцать лет назад. Возникнет опасность, что эстонцы не смогут справиться и по сути возникнет моноязычность, но преобладать будет не эстонский, а русский язык".