Если бы Эстонское Государство было предприятием, а вы — его владельцем, то вы бы зажали в тиски исполнительного директора?

Абсолютно. Иногда я размышлял над тем, что можно было бы сделать, поставив руководство Эстонии во главе LHV, а руководство LHV во главе Эстонии. Ясно, что в таком случае LHV долго не протянул бы. Конечно, политика сложное, это было бы нереально. Я думаю, необходимо осознавать проблему, и мне кажется, что этого сделано не было.

Во вторник Банк Эстонии понизил прогноз экономического роста почти вдвое. Какие чувства это в вас вызывает?

Последние три года экономический рост в Эстонии разочаровывал. После глубокого падения времен кризиса были пару лет быстрого выздоровления, но, честно говоря, этот фактор роста был относительно низким. И так последние три года подряд. Типичен так же излишний оптимизм со стороны аналитиков. Это не первый раз, когда они понижают прогноз.

Куда же в итоге приведет этот стабильный спад? Что нас ждет впереди?

Если смотреть на последние десять лет, что доля Эстонии в мировой экономике не увеличилась, а уменьшилась. Мне кажется, этого просто не хотят признавать. Нам говорят, что все достаточно хорошо, и находят еще какой-нибудь маленький нюанс. Я, честно говоря, считаю, что необходимы радикальные изменения Я не верю, что с поднятием одного налога и снижением другого произойдет что-то существенное.

Эстония гордится, что у нас маленький государственный долг и что консервативная экономика себя оправдала. Была ли эта политика верной?

Несомненно, у нас должен быть долгосрочный план. Эстонию можно сделать лучше. Тут есть, что делать. /…/ Необходимо мыслить стратегически. Одной из больших проблем в Эстонии является то, что все сосредоточено вокруг Таллинна и Тарту. Эстония не объединена в единое целое. /…/

Моя гипотеза такая. Эстония развивалась быстрее своих соседей, прежде всего, в 1990-ые. Почему? Потому что мы предпринимали более радикальные шаги. Проведенные в начале 90-ых денежные и другие реформы были более радикальными и поддерживались банками и зарубежными инвесторами. Мы росли как на дрожжах. Последним большим изменением стала реформа налогообложения предприятий. После этого, как мне кажется, не было сделано ничего радикального, в то время как другие шевелились. Мы как-то живем на лаврах и догмах. Это мне немного напоминает бабушку, которая в блаженном неведении проживает времена своей молодости.

Свен Сестер обнародовал выдержки из экономических прогнозов других стран ЕС. Эстония была хоть и не последней, но в числе последних. Компетенто ли оперировать тем, что есть и те, у кого дела идут еще хуже?

Это все для собственного оправдания. Поскольку государственный сектор вырос и его удельный вес намного более существенный, чем десять лет назад, а результата нет, то они не могут это признать. К примеру, США после Второй мировой войны росли в среднем на 3,6% в год.

Я думаю, что мы как идущие сзади должны нацелиться на более высокие позиции. Как мы видим, в последнее время приходится довольствоваться тем, что мы не в минусе. Сейчас помогало еще то, что, поскольку зарплаты вырасти, а инфляция от людей скрывается, то люди не понимают, что дела плохи. Это происходит за счет прибыльности предприятий, но этот ресурс не вечен. Еще несколько лет и он исчерпает себя, и тогда уже будет трудно.

Вы верите Дональду Трампу?

Не Дональду Трампу. Я не утверждаю, что это лучший выбор, но я скажу, что не стоит его бояться. Я всегда говорю, что Дональд Трамп — это как эстонский Юри Мыйз, который не боится называть вещи своими именами и экспериментировать. Я думаю, это неплохо.

Graafik: Toom Tragel