Каждый знакомый с темой, может лишь согласиться с его оценкой военного баланса. На море суда российского Балтийского Флота ”…находятся в плохом состоянии, после распада Советского Союза были в значительной степени демилитаризованы, а Калининградская область слишком изолирована, чтобы быть в состоянии поддерживать большой флот”1. Российская авиация ”…находится в сомнительном состоянии. Бомбардировочная авиация, состоящая, в основном и Ту-95с, не поднималась в воздух с начала июня. Небольшой период активности наблюдался лишь между двумя катастрофами, имевшими место в ходе рутинных учений. С июня таким же образом были потеряны истребители МиГ-29 и штурмовики Су-24 и Су-34… Это чудовищный уровень аварийности, который аналитики связывают в основном с неспособностью России обеспечить обслуживание своих самолетов, а также с плачевным уровнем обучения пилотов после распада СССР”. Боднер заключает, что ”…если бы в Балтии началась война, НАТО имело бы все шансы на победу”.

В ходе размышлений Боднера есть один аспект, который следует отметить особо: стратегическо-политический контекст его оперативного сценария. Согласно такому сценарию, ”…стратегические бомбардировщики наносят удары по первым намеченным целям, лишая НАТО возможности понять, что происходит и связывая способность альянса к реагированию”, после чего ”ВВС России смогут расширить зону нападения, нацелившись на размещенные в регионе Балтии ракетные системы земля-воздух”. Все это полностью соответствует представлению о том, что ”ВВС являются основным средством начала военных действий в современных условиях”. Но затем Боднер продолжает: ”Затем к нападению присоединяться небольшие самолеты тактической авиации, такие как Су-34, вооруженные противорадиолокационными ракетами (наводящимися на сигналы, исходящие от радиолокационных станций),… чтобы нанести удары по целям в Норвегии, Дании, Германии и даже, возможно, в таких не входящих в НАТО странах, как Швеция и Финляндия”.

Вот тут-то и загвоздка! Для России стратегическим обоснованием военных действий в регионе Балтийского моря было бы ”расколоть альянс НАТО и продемонстрировать, что хваленая Статья 5 Вашингтонского соглашения… всего лишь пустой звук”. Российский план может строиться на неготовности общества ряда стран Западной Европы использовать силу для защиты союзников: согласно исследованию Global Attitudes Survey, проведенному весной 2015 года организацией Pew Research Center, 58% немцев, 53% французов и 51% итальянцев считают, что их страны не должны применять военную силу, если Россия нападет на одного из их соседей и союзников по НАТО. В такой ситуации, последнее, чего может хотеть Россия — прямые жертвы в таких ”сомневающихся” странах, способные укрепить их в намерении прибегнуть к военному решению.

Иными словами, запугивание НАТО и называние Статьи 5 блефом имеет хоть какие-то шансы на успех только, если будет использован сценарий с ”вежливыми зелеными человечками”. Если же конфликт выплеснется за пределы региона Балтии — если, например, российские ракеты приведут к гибели гражданского населения в Германии — станет политически невозможно игнорировать ситуацию, притворяясь, что речь идет о небольшой группе якобы обиженных русскоговорящих людей.

В контексте гибридной войны у России может быть надежда на ограниченный первоначальный успех, но в случае эскалации, приводящей войну в Гамбург или Копенгаген, не говоря уже о Стокгольме или Хельсинки, любые российские планы обречены.

Текст публикуется в рамках сотрудничества портала Delfi и журнала Diplomaatia.

Оригинал текст — здесь.