Мартовским днем 2012 года я стоял, замерзая, у музейно-мемориального комплекса ”АЛЖИР”, расположенного неподалеку от столицы Казахстана Астаны. На мне было довольно тонкое весеннее пальто, а в Астане в тот день бушевала настоящая сибирская пурга. Вероятно, так себя чувствовали жертвы мартовской депортации, оказавшиеся в Северном Казахстане примерно в то же время года примерно в такой же одежде.

Лагерь А.Л.Ж.И.Р. уникален в негативном смысле: Акмолинский лагерь жен изменников Родины был единственным в своем роде и был создан как место лишения свободы для женщин, мужья или отцы которых были осуждены по ”политическим” статьям. Сейчас на месте бывшего Акмолинского лагеря жен изменников Родины располагается музейно-мемориальный комплекс, состоящий из небольшого, но впечатляющего музея, памятника и экспоната — ”столыпинского вагона”, подобные которому использовались для перевозки заключенных.

При входе в музей в глаза в первую очередь бросается плита с выбитой золотыми буквами на синем фоне (синий цвет является священным практически для всех кочевых народов цветом) цитатой президента Казахстана Нурсултана Назарбаева ”Система ГУЛАГ — преступление против человечесттва!”

Я долго искал истоки этой цитаты — она многократно была перефразирована, но, похоже, впервые была сформулирована в опубликованной в 1999 году книге Назарбаева ”В потоке истории”.

Разумеется, в случае с Казахстаном игнорировать наследие ГУЛАГа невозможно. Современный Казахстан корнями уходит в эту печально известную систему лагерей и мест заключения. Многонациональное общество Казахстана состоит из порядка 160 этнических групп, представители которых говорят более чем на 80 языках, поскольку в казахские степи были депортированы представители множества народов — так там оказались, например, чеченцы, украинцы, литовцы и поволжские немцы. Практически все важнейшие города выросли на месте бывших лагерей. Фундамент добычи полезных ископаемых в Казахстане также заложили лагеря. Именно поэтому казахские историки так любят цитировать фразу: ”Казахстан — тюрьма народов”. Сравнение населения Казахстана с тем, сколько народа прошло через ГУЛАГ впечатляет.

Первые лагеря были открыты Главным управлением лагерей и мест заключения (ГУЛАГ) в Казахстане в 1930-х годах с целью проведения интенсивной индустриализации и разработки множества казахских месторождений. В последние годы Второй мировой войны начали открываться т.н. особые лагеря, цель которых заключалась в обеспечении как можно более высокой производительности при как можно более низких затратах, т.е. в добыче полезных ископаемых силами заключенных, у которых отсутствовали какие-либо права.

К категории особых лагерей относились, например, Степлаг (Степной лагерь), Песчанлаг (Песчаный лагерь) и Луглаг (Луговой лагерь). На самом деле все эти лагеря представляли собой лагерные комплексы, где содержалось от 15 000 до 25 000 заключенных.

В 1931 году был открыт новый лагерный комплекс Карлаг (Карагандинский исправительно-трудовой лагерь), непохожий ни на один другой лагерь системы ГУЛАГ. Во-первых, целью Карлага было накормить все казахские лагеря, т.е. лагерь преимущественно занимался сельским хозяйством. Карлаг был преобразован в совхоз ”Гигант” и лагерь, где в определенный период содержалось около 65 000 заключенных, стал крупнейшим совхозом Советского Союза.

Во-вторых, именно в Карлаг, состоящий из 29 лагерей поменьше, было сослано особенно много деятелей культуры и науки — оперных певцов, директоров театров, художников (были среди них и эстонцы). Таким образом, в скором времени руководство Карлага обнаружило дополнительный источник прибыли и основало художественную мастерскую, а также музыкальные и театральные трупы которые давали платные выступления за пределами лагеря. Вторая многочисленная группа заключенных Карлага состояла из специалистов сельского хозяйства, инженеров-ирригаторов и прочего технического персонала, необходимого для функционирования совхоза.

Казахстан сделал то, что в случае, например, с Россией остается немыслимым: прошлое было объявлено национальной трагедией, и вся страна была превращена в огромный мемориал.

Текст публикуется в рамках сотрудничества портала Delfi и журнала Diplomaatia.

Оригинал статьи на эстонском находится здесь.

Оригинал статьи на английском находится здесь.

Справка

Аймар Венцель — старший научный сотрудник факультета этнологии Тартуского университета. Выезжал на полевые исследования в Сибирь, на Дальний Восток и в Казахстан.