Решил все же написать. Вот по каким причинам.

Первое. Очень уж нелепыми показались ответы организатора факельного шествия Яака Мадисона. Особенно если учесть, что ”Синее пробуждение” — молодежная организация Эстонской Консервативной народной партии. Об этом свидетельствует их устав, и призыв к шествию размещен на главной странице сайта партии.

Программа партии заслуживает особого внимания! Сайт партии только на эстонском языке. Это и понятно. Такие перлы на другие языки переводить не стоит.

Приведу лишь некоторые цитаты.

Например: ”В соответствии с международным правом, рассматриваем так называемых лиц без гражданства как граждан Российской Федерации — как правопреемника СССР. Требуем от России сообщить число и имена проживающих в Эстонии граждан Российской Федерации”.

”Применим меры и комплексы мер <…> для увеличения численности и удельного веса эстонцев <…>”.

”Рассматриваем службу в военных структурах Российской Федерации так называемых лиц без гражданства и неэстонцев-граждан Эстонии как нелояльную деятельность”.

Эстонцам-гражданам Эстонии, исходя из их логики, — можно.

”Мы не поддерживаем продажу земли иностранцам. Считаем, что быть собственником земли должно быть разрешено только гражданам Эстонии, объединениям граждан, государству и местным самоуправлениям. Пользователь сельскохозяйственного угодья в основном должен быть и его собственником”.

Там еще много интересного!

Как говориться во вчерашней статье: "Речь должна идти об объединяющем мероприятии в годовщину республики, и мы, разумеется, не разжигаем никакой вражды",— подчеркивает он (Мадисон — прим. автора).

Это вот так они нас объединяют?

Второе. Я как юрист с гораздо большим удовольствием написал бы заявление о возбуждении уголовного производства, но, к сожалению, сейчас это бесперспективно.

Статья 151 Пенитенциарного кодекса предусматривает штраф в размере до трехсот штрафных единиц за действия, публично призывающие к ненависти, насилию или дискриминации в связи с национальной̆ или расовой принадлежностью, цветом кожи, половой принадлежностью, языком, происхождением, вероисповеданием, сексуальной ориентацией, политическими убеждениями, имущественным или социальным положением, только если это повлекло угрозу жизни, здоровью или имуществу.

А так как по логике закона этих последствий еще не наступило, то все как бы и законно.

Дискуссия об изменении этой статьи идет с 2008 года, после принятия рамочного решения 2008/913/ПВД Совета Европейского союза о гармонизации уголовного права государств — членов Европейского союза в отношении преступных деяний, совершаемых по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти и вражды.

Практическое осуществление должно было произойти до 28 ноября 2013 года, но до сих пор этого не сделано.

И последнее, самое главное. У меня много вопросов. Ко всем вам, всему нашему обществу, коллегам политикам, коллегам юристам, да и к себе самому.

Если формально уголовной ответственности нет, то все можно и все хорошо?
И такая политическая организация может легально существовать свою деятельность и допускаться к участию в выборах?
Ее кандидаты пройдут в Рийгикогу?
И будут эту свою программу притворять в жизнь?
И никого это не волнует и не беспокоит?

Если да — то действительно получается, что Эстония только для эстонцев.

Хотя может и не так уж все и плохо?

Ведь Яак Мадисон, как его старшие братья по партии, все же добрые, толерантные и, где-то в глубине души, даже очень сочувствующие люди, судя по его комментарию Delfi: ”Мы же не тестируем кровь, не смотрим на родственные связи, чистый перед нами эстонец или нет. Как мы знаем, никто из нас уже не чистый эстонец, в наших жилах течет и другая кровь. Эстонец для нас тот, кто уважает эстонскую культуру, живет здесь и выучил эстонский язык, является эстонским патриотом, гражданином ЭР и честным человеком. Тогда лозунг ”За Эстонию эстонцев!” против него не направлен”.

Или у нас, не попадающих под классификацию Эстонской Консервативной народной партии, все же тоже есть права? И надо на это мракобесие как-то реагировать и пресекать?

Я вам так скажу. Не только Эфраим Зурофф возмущен. Нас, по крайней мере, уже двое!