Слезы лились непрерывным потоком, и все ее попытки остановить эту лавину были тщетны. Так ее еще никогда не унижали! Ее чувство собственного достоинства и гордости были растоптаны в прах.

Так думала она, медленно, но тщательно упаковывая принадлежащие ей вещи из своего, теперь уже бывшего, рабочего кабинета. Последний взгляд по стенам, полкам …. и слезы опять застилают глаза, все как в тумане, а надо еще проверить убраны ли личные файлы из компьютера. Ага, вот, screen saver, обои — это ее личная собственность, и никто не будет любоваться этими сильными и красивыми лицами и телами  — уничтожаем , и незамедлительно. Одного нажатия на кнопку Delete вполне достаточно. Теперь все в порядке, можно отправляться восвояси.

Ах черт, а как же идти с таким лицом, которое и лицом-то назвать нельзя? Уж кому как не ей самой знать, как выглядит ее физиономия, да-да, в этом случае именно физиономия, после таких водопадов горьких слез? Что делать? Видеть кого бы то ни было, а тем более разговаривать, совсем не хочется, поэтому единственный выход — такси. Вызвать по телефону, в машине назвать адрес, забиться на заднее сиденье, и скорее домой, в свою крепость…

"Упс, — взглянув на свое отражение в зеркале, подумала она, — так безобразно ,пожалуй, я не выглядела еще никогда. И ничего удивительного,что водитель такси так странно, безо всякого интереса взглянул. Да и годы, похоже, берут свое, мадам". И слезы вновь навернулись на глаза. "Но нет, не думай об этом, не думай, нельзя раскисать. Соберись, вспомни о чем-нибудь приятном, займись какой-нибудь механической работой, это отвлекает", — приказала она самой себе строгим тоном. И только тут заметила брошенный в коридоре пылесос. Ура! Она спасена: напрочь забыла, что на сегодня была намечена уборка. Итак, скорей переодеться в спортивный костюм — и за работу.

Так в суете домашних дел пролетели часы, и наступило время плюхнуться, обессиленой сегодняшним стрессом, в свою мягкую широкую постель. Последняя мысль, промелькнувшая в ее уставшем мозгу, перед тем как окончательно провалиться в глубокий исцеляющий сон, была "Подумаю об этом завтра". Кредо Скралетт О'Хара помогло ей и на этот раз.


* * *

"С чего начать? Вернее, как продолжать? Как продолжать жить, когда больше никуда не надо спешить по утрам, когда не ждет на рабочем столе кипа факсов, писем, заказов, которые надо обработaть, принять меры, ответить?!". Нет, только не об этом. Воспоминания еще отдаются в сердце болезненной тяжестью, надо попытаться придумать, чем реально можно загрузить себя в ближайшие дни, составить план-минимум, который никак не будет связан с бывшей работой.

Пожалуй надо возобновить свои регулярные ежедневные прогулки — это когда-то приносило ей душевный покой…

Утро выдалось солнечным, ясным и прохладным, как любое утро начинающейся золотой осени. "Золотая, — подумала она с горечью,  — Как бы эта золотая не превратилась для меня в рекордсменку по серости, мрачности и унылости".

Обычно так любящая прогуляться, стряхивая с себя остатки сна, вдыхая запах начинающегося дня, на этот раз она как-то вскользь, как бы со стороны, обратила внимание на погоду и прелести готовящейся погрузиться в глубокий зимний сон, природы. Листва деревьев уже пожелтела, но солнышко еще пригревало ласково. Не слышно было только пения птиц. "Наверное, уже улетели в теплые края, — мелькнуло в ее сознании, — а я опять не заметила. Так и не замечу как жизнь пройдет". Вдыхая свежий, пахнущий влажным мхом, воздух, она все дальше углублялась в лес. Где-то неподалеку слышался шум оживленного шоссе, и тут она почувстововала непреодолимое желание нестись в далекое неизвестное с огромной скоростью, на красивой ярко-красной спортивной машине, под звуки ритмичной музыки. Почему-то ее всегда привлекали именно красные машины.

В этот момент она решила для себя, что эта мечта, которую просто необходимо воплотить в жизнь, чтобы почувствоать себя счастливой. Она любила ездить на машине со своими друзьями, со своими мужчинами, но водить самой еще не приходилось. Что ж, дело стало за немногим: научиться и приобрести ярко-красное авто своей мечты. "Чем не план-минимум на ближайшие месяцы?" — подумала она, и ей стало легко, в жизни появился новый временный смысл.


* * *

Такое впечатление, что все происходящее нереально, нет, это не ее жизнь. Ее жизнь осталась где-то в далеком прошлом.Минула вечность? День? Неделя? Странно как-то смортеть на себя в зеркало. "Неет — это не я!" — подумала она и опять окунулась в облако спасительных воспоминаний.

Вот она, счастливая, чуть ли не танцующая от переполняющих ее чувств, готовая расцеловать в аэропорту, в ожидании своего экспресса, всех попутчиков. Душа ее пела. Да и как ей было не петь? Поездки в такой дорогой и ставший для нее родным Тaллинн всегда давали ей заряд бодрости, энергии и жизненных сил . А эта поездка просто превзошла все ожидания. Стояла великолепная погода, общение с новой подругой принесло огромное моральное удовлетворение, любимый был неподражаем.

Юля…Чудная, невероятная история! Еще общаясь через Интернет, обе поняли, что такое единение мыслей, взглядов, чувств — редкость, и этот данный самим провидением подарок судьбы нельзя упускать. Виртуальная гармония! Осталось убедиться, что и реальная гармония существует. Так они решили встретиться.

Они узнали друг друга сразу. Она была приятно удивлена. Юлия в реальной жизни была еще более привлекательной, импозантной, чем ей представлялось даже в самых своих смелых фантазиях. Длинные белокурые волосы, стройная фигура, очаровательное лицо — она невольно залюбовалась. Произведение исскуства, да и только!

Непринужденная беседа завязалась буквально с первых секунд. Они бродили по узким улочкам старого города, сидели в симпатичных кафешках, болтая за чашечкой ароматного эспрессо о серьезных и не очень, вещах, смеялись, забегали в маленькие подвальные магазинчики, засматриваясь на кустарные изделия эстонских умельцев и чудную обувь от лучших мастеров. Даже страсть к обуви была у них общей!

К вечеру с сожаленеим констатировали, что пора расставаться. Одну уже заждался любимый, другую — друзья.

Любимый. Воспоминания об Айваре всегда приятно щекотали ее. А та встреча была просто неповторима. Конечно, мысль подарить ему Себя в день его тридцатилетия была необычной, оригинальной — и он оценил это по достоинству. Как ценил все неординарное.

Они долго гуляли по берегу моря, держась за руки, любовались непрерывным потоком разбивающихся о камни холодных северных волн, и время от времени останавливаясь для ласкового объятия или нежного поцелуя. Его взгляд, заглядывающий в глубины ее души, пронизывал ее, и заставлял тихо подрагивать каждый ее нерв, каждую ее клеточку в предвкушении несказаннного наслаждения. Чувственного наслаждения, которое умеет дарить только Он. Он — волшебник и магистр эротического исскусства, сумевший пробудить дремлющий в ней вулкан страстности.

Их совместные редкие ночи были подобны сказочным снам. Они настолько проникались друг другом, что наутро с трудом могли воспроизвести в памяти подробности этих горячих, бессовестных в своей откровенности, чувственных игр. Они были опьянены друг другом, занимаясь любовью бесконечно долго и страстно. Сладкий голос Вайи в очередной раз воспевал в режиме "повтор" силу любви, а они усталые, но соврешенно счастливые, все еще дарили другу другу ласковые поцелуи. С первыми лучам восходящего солнца пришло чувство необыкновенного единения: они — одно целое, и ничто и никто не сможет разлучить их. С мягкой удовлетворенной полуулыбкой на устах, они, наконец, заснули, крепко обнявшись…


* * *

"Прежде чем строить новую жизнь, надо съездить к морю, развеяться, привести в порядок свои сумбурные мысли и планы на будущее", — решила она. Море всегда помогало ей в тяжелые периоды ее нестабильной и полной самых неожиданных поворотов, жизни. Здесь, в Стокгольме, море, конечно, есть. Красивое, но такое холодное, леденящее душу и тело, северное море. К тому же куда ни кинь свой взор — острова, островочки… Нет, на этот раз ей нужно было нечто другое — открытое пространство водной глади, бешенство волн, шторм, порывистый ветер. И тут ее осенило — Канары! Бесконечность Атлантики, длинные неподражаемые в своей дикой красоте волны, неустанный шум прибоя, растянувшийся на километры песчаный пляж, по которому можно гулять часами, огромные белоснежные океанские чайки — вот то что ей надо именно сейчас, именно в нынешнем душевном состоянии.

Поздним вечером самолет приземлился на Гран-Канарии. В салон просочилась тропическая духота, наполненная экзотическим ароматом южных растений. "Невероятно, как тепло. И это конец октября", — мелькнулo в ее голове.

Она целыми днями нежилась под ласковыми лучами южного солнца, пересекая пляж из конца в конец, добираясь до песчаных дюн , ярких отголосков пустыни, в которых можно было встретить абсолютно несочетающиеся символы принадлежности к природе: мерно покачивающих на ходу своими горбами верблюдов и без тени смущения, равнодушно взирающих на любопытных туристов нудистов. Она бродила по обжигающему песку до тех пор, пока не чувствовала, что запасник ее сил иссякает, и их достаточно лшь для того, чтобы доплестись до гостиницы.

Во время пребывания на побережье взгляд ее практически не отрывался от окена. Как он величественно катит свои волны. И как он успокаивает. На время мысли отключаются от бытия в этом мире — можно часами смотреть на движение гигиантских масс, и ни о чем не думать. Словно живительную влагу, впитывало все ее существо дыхание океанского простора.

Ласковое солнце, сила воды, необычная яркая красота тропической природы сделали свое дело. Домой она возвратилась отдохнувшая, посвежевшая, набравшаяся новых сил для борьбы за выживание в этом прекрасном и таком жестоком мире.


* * *

Идея создания собственной компании пришла ей в голову на следующее утро после возвращения. Да, именно. Она создаст свое, и только свое туристическое агенство и больше Никогда не будет Ни на кого ишачить.Только на себя. Сама себе хозяйка. Замечательно.

Всю первую половину дня она провела в расчетах, составлении бизнес-плана. На бумаге все выглядит заманчиво. Неплохо бы получить объективное мнение по данному вопросу. Кому можно довериться? Этот вопрос стоял перед ней лишь доли секунды, а пальцы уже набирали такой знакомый им номер. "Хелло!" послышался густой приятный баритон Айвара. "Боже, как же я по тебе соскучилась", — подумала она. И перед ее глазами замелькали картины их страстных, необыкновенных, сказочных встреч…

Такого мужчины у нее еще не было. Прикосновения ласковых рук Айвара она чувствовала на своей коже спустя недели после встреч. Она ложилась спать и просыпалась с его именем на устах. Его образ преследовал ее в снах. Казалось, что каждая минута ее жизни была пронизана им, им одним. Любое ее решение, любая ее мысль рассматривалась через призму этих ощущений. А как бы сделал он, а чтобы он сказал, понравится ли ему новая прическа, новое потрясающее белье…

Колдун, волшебник он заворожил ее своими безупречными манерами, глубоким инттеллектом, нежностью в постели. Она просто потеряла голову после встречи с ним, жила одними лишь чувствами, стараясь не думать о будущем, которого у них просто напросто не было. Такого счастья просто не бывает. Как это ни грустно, и как не прячься от реальности, вернее нереальности, и зыбкости будущего.


* * *

Ну что за проклятый год! Все не слава богу, все не так как планировалось и мечталось. Она же клялась себе несколько лет назад, что никогда не проронит ни слезинки из-за мужчины. И что теперь? Слезы застилают глаза при одной только легкой ассоциации. И откуда у человека такие запасники соленой воды? Как он мог? Как он осмелилися сделать это с ней? Бесчеловечный, жестокий…

Цветы потеряли яркость своих красок, а небо лишилось голубизны. "Наверное, время сгладит боль этой утраты, надо только верить, верить, верить", — повторяла она себе изо дня в день, как молитву. Но неделя сменялась другой, начался новый год, а на душе было по прежнему тяжело и пусто, как в выжженной пустыне. "Я чувствую… боль, тоску — значит я живу", — твердила она себе уже, наверное, в сотый раз, пытаясь убедить в том, что все -таки не умерла . Состояние оцепенения, близкое к отупению, никак не хотело ее покидать.

Почему? За что? Неужели все что было, ничего не значит для него, и можно отставить ее в сторонку, как надоевшую игрушку? Даже те благородные мотивы, о которых он ей поведал, не сглаживали чувства чудовищной несправедливости, а порой и откровенной ненависти за то, что он сделал с ней, с их любовью.

Часто, лежа в постели, она мечтала, под звуки такого дорого сердцу бархатного голоса Брайана Ферри. Мечтала о том, как летом поедет в Эстонию, снимет дачу на берегу моря и будет часами читатать, или любоваться накатывающимися волнами, гуляя по бесконечному берегу. Мечтала о том, что может увидит Его, ну хоть одним глазком, мельком, а может даже они выпьют в каком-нибудь уютном кафе по бокалу вина, непринужденно болатая. Непринужденно?! Господи, ну зачем себя так мучить? Надо постараться забыть его. Игры в дружбу мучительны, и не принесли бы ничего, кроме новых страданий.

Отомстить? Нет, она не способна причинить ему боль. Пусть будет счастлив. Если сможет. С этой мыслью она в очередной раз провалилась в глубокий, но совсем не исцеляющий, сон.


* * *

Прошел год. Из страдающей, мающейся без работы, сo следами слез на глазах, женщины средних лет, она превратилась в преуспевающую, улыбающуюся, знающую, чего хочет от жизни, даму. Именно, даму — даму, с задатками капитана. Капитана своей жизни. Она ловко вела корабль своей компании по бурному морю туристического бизнеса, удивляя своих партнеров хваткой, не свойственной новичку. И работоспособностью. Чудовищной работоспособностью. Ее коллеги не понимали, когда она спит, когда отдыхает. Когда ни позвонишь — всегда бодро отвечает, дает указания и ценные советы. Несмотря на то, что только проводила гостей компании, уже трудится над новым проэктом, сидя за своим компьютером в офисе. Или уже в такси на пути в аэропорт, весело щебечет о плане предстоящей встречи с партнером по бизнесу из Литвы.

Душа. Душа ее тоже успокоилась. Наконец сбылось то, о чем она так мечтала — теперь она может беспрепятственно, без ущерба для работы и близких встречаться с Айваром тогда, когда ей этого хочется. Жизнь совершила очередной вираж. Нет, Айвар ничуть не изменился. Он так и не согласился уехать из своей родной и горячо любимой Эстонии. Что ж, она смирилась с этим. В конце концов его партриотизм и любовь к единственному сыну заслуживают уважения.

Но она сама тотально изменила свою жизнь. Перепрофилировалась, доучилась, отшлифовала свои языковые познания, приобрела широкую сеть клиентов и теперь свободна в своем выборе — где и когда заниматься своими любимым делом. Кроме туризма она стала заниматься переводами, причем, художественной литературы.

С книгами она была связана всю свою сознательную жизнь, они давали ей радость и вдохновение, а теперь с помощью них она имеет возможность наилучшим образом проявить творческую часть своей натуры. Господи, как же она раньше не поняла, что отказ от занятий языками в свое время, испуг и неуверенность перед сложностями поступления на филфак университета, были грандиозной ошибкой, чуть было не сломавшей ей жизнь. Хорошо, что озарение пришло не слишком поздно. Опять же спасибо Айвару, ведь это с его подачи она заразилсь интересом к журналистике, а через нее пришла и к тому, к чему испытывала настоящее призвание. К языкам.

Итак, теперь она с упоением занимется любимым делом. Так часто как желает, работает в Эстонии. Айвар в конце концов сдался, перестал играть роль сильного, способного отказаться от собственного счастья, мужчины, нашел им квартиру в Тaллинне, приобрел компьютер, подключил к Интернету, так что теперь у нее есть возможность сочетать работу с ним, ее Айваром. По прежнему любимым и желанным. Ее чувства к нему со временем только углубились, трудности прошедших лет не сломали любовь, а скорее, только распалили ее. Закон запретного плода? Возможно…

Сейчас они с улыбкой вспоминает мучения "переходного" периода, многочисленные потерпевшие фиаско попытки расстаться, не общаться, забыть…. Нет, они не могут друг без друга, и бессмысленно этому сопротивляться. Если судьба свела их, то не за тем, чтобы они так банально расстались. Бороться, бороться и еще раз бороться! Счастье двоих — достойная цель. В тот момент, когда она это поняла и созрел ее план. План , удавшийся на все 100 процентов!


* * *

А мечтать она стала еще больше прежнего. Мечты, по своему, спасли ее в самый тяжелый период ее жизни, дали ей силы выстоять. Новое же положение вызвало обновившийся полет ее фантазии: маленький уютный и комфортабельный домик, в уютном дворике которого аккуратно припаркован красный "Порше", застекленная стена с видом на море, камин, и они. Вдвоем. Сидя у камина, любуются безграничными просторами бушующего осеннего моря, и каждый думает о своем. Но они вместе, и это чувство принадлежности к общему для них миру, объединяет их невидимой , но очень прочной нитью…