Вдумайтесь: ведущий наиболее рейтинговых развлекательных телепередач, проще говоря — шоумен, Арунас Валинскас за полгода до выборов основал новую партию — Народного возрождения. "Довольно необычно", — пробормотал автор статьи.

"Возникло желание что-то изменить — невозможно было смотреть на людей, которые находились у власти в течение последних двадцати лет, — объясняет новый спикер литовского парламента. — Мы изменили политическую ситуацию в Литве, сломали всю прежнюю систему. В саму возможность этого никто не верил".

Арунас Валинскас не преувеличивает. Правящая левоцентристская коалиция перешла в оппозицию. Партия труда миллионера Виктора Успасских (в 2005 году ушедшего со скандалом в отставку с поста министра хозяйства Литвы) и "Право и справедливость" экс-президента Роландаса Паксаса (смещенного в свое время в результате импичмента) получили гораздо меньше голосов, чем надеялись. А Союз крестьян Казимиры Прунскене (премьер-министр Литвы в 1990-1991) с Новым союзом Артураса Паулаускаса (отправленного в 2006 году в отставку с поста председателя парламента из-за обнаруженных злоупотреблений в канцелярии cейма) на выборах ну просто провалились.

Вместе с тем Валинскас категорически отрицает, что партия "широкого центра" (а Валинскас в беседе с "ДД" отвел ей именно эту область политического спектра), привлекая протестный электорат, работала в интересах праздновавших победу консерваторов. "Никто перед нами никаких задач не ставил, мы действовали сами", — сказал он. Просто "широта" возрожденского центра позволила Валинскасу начать коалиционные переговоры с консервативным "Союзом отечества — Христианскими демократами" как с победившей партией.

Те самые Мюнхгаузены

К слову, в Вильнюсе о Партии народного возрождения почти не говорят, зато вовсю обсуждают успех партии Валинскаса. И противоречия тут нет: избирателю партия запомнилась не названием, а как раз своим звездным составом. Среди выдвинутых кандидатов — сплошь и рядом известные артисты, музыканты, телеведущие. Вот и называют ее, в лучшем случае, "партией Валинскаса" или "шоуменов". А в худшем — "партией клоунов". Столь лестной характеристики одна из, как позже выяснилось, ведущих политических сил Литвы, удостоилась, надо полагать, за оригинальную избирательную кампанию. "С нами избирателю будет веселее", — пообещал перед выборами Валинскас. И не обманул.

Вот, например, актриса-пародистка Аста Баукуте — четвертый номер "списка Валинскаса". Что интересно, Баукуте не стеснялась передразнивать и политиков — в том числе и ее будущих коллег по cейму. Среди прочего, она очень хорошо умеет изображать старушек. Трясущихся, еле живых таких. И когда представители партий отправились на жеребьевку, чтобы выяснить, кому какой номер в избирательном бюллетене достанется, Баукуте тоже туда поехала. И тоже изображала старушку. Невинный, казалось бы, поступок, но строгие критики не смолчали: что это, цирк что ли вместо cейма у нас теперь будет? В ответ, что характерно, было заявлено, что цирк в парламенте обосновался задолго до Баукуте с Валинскасом. Вместе с тем создалось впечатление, что этот анекдот именно что добавил народных симпатий Партии народного возрождения, а не наоборот. "Мы хотели показать, что серьезными делами можно заниматься с улыбкой, ведь самые большие глупости делаются с серьезным выражением лица, как говорил Мюнхгаузен", — скажет потом "ДД" Арунас Валинскас.

С предвыборными лозунгами у "партии шоуменов" проблем не возникало. Причем идеи команде Валинскаса подкидывали… оппоненты. Пресловутый Новый cоюз социал-либералов, ведомый бывшим генеральным прокурором Артурасом Паулаускасом, шел на выборы со слоганом: "Мы заставим власть работать". "Возрожденцы", недолго думая, развесили по стране презабавные плакаты: кандидаты — в тюремной камере, одеты во все полосатое, а в центре — Арунас Валинскас с мобильным телефоном в руке. Надпись гласила: "Мы заставим работать генерального прокурора". Избиратели, кажется, прозрачный намек поняли — Новому союзу пятипроцентный барьер оказался не по зубам, и бывшему генпрокурору действительно придется работать. Вне cейма.

Зато "возрожденцы" в парламент прошли и получили шестнадцать мандатов (всего в литовском cейме 141 место). В правящей "коалиции четырех" их парламентская фракция — вторая по численности после консерваторов. По цифрам выходит, что "традиционные" партии были вынуждены договариваться с новичками: без Партии народного возрождения парламентского большинства у правых никак не получалось. В итоге лидеру консерваторов Андрюсу Кубилюсу, скорее всего, достанется пост премьер-министра, в то время как Арунас Валинскас еще в ночь на вторник на первом заседании cейма был избран спикером парламента.

"В нормальной обстановке это невозможно"

"Здесь такое уже не в первый раз происходит", — прокомментировал итоги голосования бывший деятель "Саюдиса", а ныне — главный церемониймейстер Вильнюсской ратуши Саулюс Пилинкус. В 1993 году один из выдающихся литовских актеров Ремигиюс Вилкайтис участвовал в президентских выборах. Выдвинул его, между прочим, не кто-нибудь, а Партия поедателей хлеба. О как! Правда, в последний момент Вилкайтис одумался — мол, пусть профессионалы между собой соревнуются.

Еще один прикол — независимая Республика Ужупис (в переводе с литовского — "Заречье"), провозглашенная лет десять назад в одном из самых опасных, наиболее криминальных районов столицы, центральная улица которого так в народе и называлась — "Дорога смерти". Ужупис — пародия не на партию, но на государство в целом. Чего стоит конституция этой удивительной небольшой страны, где, среди прочего, записано: "Каждый имеет право любить и опекать кошку… Кошка не обязана любить своего хозяина, но в трудную минуту обязана прийти ему на помощь". А сам Саулюс Пилинкус в Ужуписе занимает почетную должность "директора секретных служб": секретных потому, что род деятельности этих самых служб как для ужупчан, так и для самого Пилинкуса остается секретом. Пилинкус говорит, что Ужупис никакого отношения к политическим начинаниям Валинскаса не имеет, хотя может показаться, что некий "дух Ужуписа" в новой партии все же присутствует.

Дискуссия на тему "Что забыли дилетанты в политике" разгорелась и на этот раз. Чем ближе к выборам, тем острее конкуренты критиковали Валинскаса, Баукуте и прочих — за что, мол, беретесь? "Знаете, это их проблема, — отвечает Арунас Валинскас. — Сколько вообще профессионалов в cейме, сколько процентов? „Политики-профессионалы" — миф. Те, кого так беспокоит эта проблема, просто пытаются поднять таким образом авторитет собственных партий. Но унижая другого, сам выше не станешь".

За какие рожи голосуют в Литве

Однако, как выяснилось, не каждый гражданин Литвы готов отдать свой голос за "стреляного" политика. "Я сам видел на участке, как все происходит,  — рассказывает Саулюс Пилинкус. — Есть, конечно, люди, которые всегда знают, за кого голосовать. Другие спрашивают: что это, например, за кандидат, он — артист? Нет, отвечают ему, это Паксаса человек. А который там артист? — не унимаются люди".

Пилинкус приводит еще пример: в Литве по партийным спискам кандидаты проходят не в соответствии с первоначальным номером, а по рейтингу, где учитывается количество голосов, поданных за конкретного кандидата. В списке Союза либералов и центра 141-м номером проходила Агне Зуокене — супруга лидера либерал-центристов, бывшего мэра Вильнюса Артураса Зуокаса. Политикой она никогда в жизни не занималась, а была известна лишь как устроитель благотворительных акций в помощь женщинам, больным раком груди. "И что вы думаете? Со 141-го места она поднялась на 7-е. Я такого не то чтобы не читал — не слышал раньше никогда", — удивляется Пилинкус.

Пилинкуса вовсе, впрочем, не беспокоит, что артиста на выборах могли предпочесть церемониймейстеру или кому другому: "Ужасно только одно — в наш cейм попадают люди, которых просто знают благодаря телеэкрану. Кто они на самом деле, хорошие люди, плохие — никто не знает. Оказалось, что это даже неважно, — объясняет Пилинкус. — Люди голосовали не за идеи и даже не за людей, а за лица. За симпатичные, веселые лица — кто будет голосовать за кислые рожи?"

Зарплату депутата — к средней пенсии

Партию национального возрождения, по словам Пилинкуса, до самого последнего момента всерьез никто не воспринимал: "Была ирония, были насмешки. Но под конец стало понятно, что это какая-то странная игра. Возрожденцы потом, после подсчета голосов, давали интервью — они сами были в шоке, потому что понимали, что в нормальной обстановке это невозможно".

Валинскас, не в пример товарищам по партии, был спокоен и тут же пообещал приостановить телевизионную карьеру на время работы в сейме. На экономический кризис Партия национального возрождения смотрит по-своему, и уже готовит два первых законопроекта: "По первому количество депутатов сейма предлагается уменьшить в два раза — до 71, а согласно второму зарплаты депутатов привязываются к размеру средней пенсии. Согласятся ли остальные депутаты? Посмотрим. Наше дело — предложить". Сам Валинскас, как говорит, все равно будет получать только среднюю пенсию. Это — 811 литов, или 3675 крон. Но оставшиеся деньги спикер не намерен возвращать в госбюджет — деньги пойдут людям, которые в них больше нуждаются, говорит. То есть на благотворительность.

В Эстонии не исключено формирование новой партии протеста

Комментарий Рейн Тоомла, политолог, Тартуский университет:

Партий, которые назывались бы так же весело, как Партия поедателей хлеба, у нас не было — ни в двадцатые-тридцатые годы, нет их и сейчас. Примером столь своеобразного юмора можно считать Партию закона о природе, участвующую 1992 году в выборах в Рийгикогу. Почему у нас нет? Уже продолжительное время не может быть, поскольку начиная с 1995 года в парламентских выборах не могут участвовать избирательные союзы. Сомневаюсь, что в Эстонии "шуточной" партии удалось бы привлечь в свои ряды требуемую тысячу членов.

Конечно, ни в Литве, ни в Эстонии еще не сформировалось в полном объеме того, что можно было бы считать политическими традициями. Они только начинают вырисовываться, этот процесс требует времени. На самом деле у нас еще нет профессии политика — абсолютное большинство тех, кого мы выбираем, особенно на местном уровне, имеют профессию, далекую от политики. Но можно ли Партию народного возрождения называть "партией клоунов"? Конечно, этим могут заниматься злобные оппоненты, но прочие, особенно аналитики, могли бы быть поосторожнее. Я знаю, что в их избирательный список входило множество деятелей массмедиа, телезвезд, но что в этом плохого? Если эти люди озабочены происходящим в Литве и видят выход в национальном возрождении, ренессансе — почему нет? Не стоит считать, что политик из числа политологов окажется куда лучше политика-артиста — пусть у него и гораздо больше предварительных сведений о таком явлении, как политика.

В Литве личность кандидата значит на выборах больше, чем у нас. Это обусловлено литовской избирательной системой — половину парламента выбирают по одномандатным округам, половину — по партийным спискам. В одномандатных округах партии вынуждены проводить кампанию, подчеркивающую ту или иную персону. В очень стабильном обществе, где действует подобная система, — в британском, уже все привыкли к тому, что Смит — в первую очередь лейборист, а не собственно Смит. В Литве же принято обсуждать ценности, которые разделяет кандидат, а не партию, которую он представляет. Последнее тоже имеет значение, но, думаю, для избирателя это находится все же на втором или даже третьем плане.

Наши исследования показывают, что для среднестатистического эстонского избирателя личность кандидата, конечно, важна, но партийные предпочтения в течение последних десяти лет перевешивают.

В трудные времена успеха, как правило, добиваются или популисты (обещают всем все, что угодно) или партии протеста (все прочие — плохие, а мы знаем, как надо). В полном объеме литовская ситуация у нас повториться не может, поскольку участие в выборах необычных партий осложнено нашим законодательством. Но это не значит, что существующие партии не окажутся на следующих выборах более популистскими, чем до сих пор. В то же время не исключено и формирование новой партии протеста — примером тому уже были Res Publica и Партия зеленых.

Комментарий Юхан Кивиряхк, социолог, Международный центр оборонных исследований:

Если говорить о так называемых "шуточных" партиях в Эстонии, то первой, несомненно, приходит на ум Партия роялистов, прошедшая в парламент на выборах 1992 года. Серьезных обещаний они не давали, в предвыборных дебатах участвовали в средневековых костюмах при почетном карауле с алебардами. В работу Рийгикогу они добавили живости: например, в качестве альтернативы еженедельному парламентскому часу, роялисты проводили в фойе Рийгикогу шаманский ритуал, били в барабаны. Вспоминается также принесенное Калле Кульбоком в зал заседаний чучело куницы (куница по-эстонски nugis, а председателем Рийгикогу тогда был Юло Нугис) и так далее. Вопреки ожиданиям, некоторые из роялистов — такие, как Прийт Амла, Ральф Р. Парве, Тыну Кырда — показали себя в парламенте серьезными, по-настоящему работающими людьми, так что не стоит каждого с виду несерьезного человека, устремившегося к кормилу власти, априори считать клоуном. Навыкам законодательной работы можно научиться — должно быть ответственное отношение к обществу и развитию государства. У спортсменов-асов и актеров есть такое же право представлять интересы граждан, как у юристов или экономистов. Я не думаю, что Март Юур или Пеэтер Оя, пройдя в Рийгикогу, устроили бы там телепередачу а-ля Ärapanija — оба наверняка способны к серьезной парламентской работе. Острые статьи Оя, как и убийственная сатира Юура на страницах "Постимеэс", — тому подтверждение. В Эстонии телезвезд ангажируют в списки уже существующих партий, в силу чего повторение литовского сценария выглядит неправдоподобным. Конечно, из года в год растет значение партийных, а не личностных предпочтений, но, голосуя за партию, люди хотят увидеть в списке имя подходящего кандидата. Вот почему наши партии и используют так называемых "подсадных уток".

Естественно, столь заметная поддержка едва образовавшейся политической силы говорит о недовольстве избирателей. Произошедшее в Литве, несомненно, можно считать протестным голосованием. Но по-другому круговую оборону самодостаточного, остерегающегося изменений политического истеблишмента, прорвать невозможно. Если политика государства не вызывает доверия у граждан и не принимается ими всерьез, у известной части населения может возникнуть желание высмеять ее. Иногда эти так называемые клоуны могут выступать в качестве силы, куда яснее и понятнее отражающей чаяния и нужды народа, чем профессиональные политики, за долгие годы работы в парламенте успевшие отстраниться от реальной жизни.