Конфликт между премьер-министром Андрусом Ансипом и министром экономики Юханом Партсом разгорелся на прошлой неделе. Андрус Ансип ополчился на поддерживаемую Партсом программу строительства Таллиннским портом в Мууга контейнерного терминала для транспортировки китайских товаров в Россию и Западную Европу. Премьер-министр считает, что программа непродуманна: "Я не могу согласиться с тем, что это сделка века". Перевозящие контейнеры машины заполонили бы шоссе Эстонии. Кроме того, Ансип считает, что возникли бы длиннейшие очереди на границе (см. Справку).

Первого февраля газета "День за Днем" писала о своеобразном флирте партии премьер-министра с Северным портом Палдиски и о возможности его покупки Таллиннским портом. Стоимость этой сделки составила бы примерно миллиард крон. Хотя Таллиннский порт, будучи государственной компанией, и входит в сферу компетенции министра экономики Юхана Партса, члена Союза Отечества и Республики, советом Таллиннского порта руководит реформист Нейнар Сели. Северным портом Палдиски руководит его однопартиец Роберт Антропов. Насколько вероятно, что строительство контейнерного терминала, поддерживаемое Партсом, торпедируют по той причине, что премьер-министр хочет инвестировать в Северный порт Палдиски? Может ли возникнуть противостояние: инвестиции в Палдиски (Партия реформ) против инвестиций в Мууга (Союз Отечества и Республики)?

Сели заглаживает бестактность Ансипа

Еще пикантнее ситуация становится, если подумать, что по данным Коммерческого регистра несколько последних лет владельцем порта Палдиски являлось офшорное предприятие. Офшорные фирмы часто используются не только для того, чтобы, так сказать, оптимизировать налогообложение, но и скрыть истинных хозяев предприятия.

В интервью "ДД" Нейнар Сели пытается снять напряжение и сгладить критику Ансипа в отношении Партса. Он утверждает, что пресса неверно истолковала слова премьер-министра. На самом деле Ансип якобы вовсе не против терминала Партса. Сели также сообщил, что Таллиннский порт не планирует покупать Северный порт Палдиски взамен строительства терминала в Мууга. Однако он считает, что сотрудничество между Таллиннским портом и Северным портом Палдиски возможно. У Северного порта, принадлежащего частному владельцу, якобы есть ресурсы, которые очень пригодились бы государственному Таллиннскому порту: например, очень хорошие пирсы. У Южного же порта, входящего в состав Таллиннского, с пирсами не очень.

На вопрос, этично ли для государственного предприятия развивать сотрудничество с портом, владельцы которого связаны с офшорными фирмами, Сели отвечает сухо: "Сотрудничают не с владельцами, а с исполнительным руководством порта, который занимается повседневными вопросами. В подобных делах два соседних предприятия всегда найдут точки соприкосновения".

Что касается выпада Ансипа против Партса, то Сели заявил, что слова премьер-министра трактуются однобоко и неверно. Сели процитировал Андруса Ансипа: "Нам необходимо получить полный план сооружения контейнерного порта… Надеемся, что он сможет быть реализован, и проект принесет прибыль как Китаю, так и Эстонии". Сели также утверждает, что премьер-министр и он сам, будучи председателем совета Таллиннского порта, не собираются противиться строительству контейнерного терминала в Мууга: "С кем еще сотрудничать в этом вопросе, как не с китайскими коллегами, переговоры с которыми велись несколько лет?"

Однако Сели добавил, что нельзя безответственно рекламировать проект в народе ради получения сиюминутной политической выгоды. Рекламой можно будет заняться только тогда, когда переговоры завершены. "В бизнесе принято говорить о результатах, когда они есть", — комментирует он предварительный договор между руководством Таллиннского порта и китайским портом Нинбо.

Куда будет прибывать китайский товар?

Сели считает, что создание центра логистики для китайских товаров стало бы существенным прыжком в направлении будущего всей транзитной сферы. "Большая часть товара, который, возможно, будет прибывать в Таллинн, предусмотрена для отправки в Скандинавию и на северо-запад России. Транспортировка будет осуществляться из порта Мууга по морю, что вдвойне полезно для Таллиннского порта. В небольших количествах товар можно доставлять в Латвию, Литву и Россию по железной дороге".

В то же время на данный момент вообще не очень понятно, в который из терминалов из Китая должен прибывать 1 миллион TEU (единица измерения контейнерных перевозок) в год. Сели утверждает, что в дальнейшей перспективе можно говорить о сотрудничестве с Северным портом Палдиски. (NB! Сели не захотел уточнить, о каком именно сотрудничестве идет речь — о контейнерных перевозках или чем-то другом). "ДД" остается лишь заключить, что разговор может идти, например, о договоре аренды, согласно которому государственный Таллиннский порт арендует часть пирсов Северного порта Палдиски.

Сам руководитель Северного порта Палдиски Роберт Антропов многократно утверждал, что порт готов к сотрудничеству с Таллиннским портом. По данным газет "ДД" и Äripäev, долги Северного порта составляют почти миллиард крон, поэтому такой хороший партнер станет для них настоящей находкой.

В начале февраля произошли изменения и в кругу владельцев Северного порта Палдиски. В начале года владельцем акций предприятия Paldiski Sadamate AS еще была фирма CNP Investments N.V., зарегистрированная на голландских Антильских островах в Кюрасао. Теперь владельцем порта вновь стала компания Tintrade Ltd, зарегистрированная на британских Нормандских островах, которая уже была однажды его владельцем (в 2004-2006 годах). Фирма Tintrade связана с топливной фирмой Saurix Petroleum и ключевыми фигурами портов Палдиски Александром Наконечным и Алексеем Чулецом.

Олигарх Лисин — не владелец, но в сотрудничестве участвует

В начале года в российской прессе появилась информация, связывающая CNP Investments с российским олигархом, богатейшим человеком страны, стальным магнатом Владимиром Лисиным. В комментарии, данном газете Äripäev, один из руководителей Северного порта Палдиски Алексей Мюрисеп ответил, что Лисин не принадлежит к числу владельцев порта. С ним сотрудничают, но сотрудничество это не касается Северного порта.

Тем временем транзитный магнат Тийт Вяхи в своем Силламяэском порту тоже развивает терминал для контейнерных перевозок — другими словами, готовится к серьезной конкуренции плану Партса. Сам Вяхи, комментируя дрязги между Ансипом и Партсом, остается крайне лаконичным: "Юхан Партс играет роль представителя владельца Таллиннского порта и Эстонских железных дорог, который должен претворять в жизнь транзитную политику. Поэтому он ищет применения государственным предприятиям. Ансип же руководствуется только своими политическими интересами. Он давно дал понять, что не считает транзит важной для Эстонской Республики сферой". На вопрос, считает ли он целесообразной покупку мелких торговых портов Таллиннским портом, Вяхи ответил, что это зависит от цены и прочих условий. О купле-продаже порта Силламяэ никаких переговоров не велось.

Академик Михаил Бронштейн считает, что о сотрудничестве с Китаем (будь товар доставлен в Палдиски или Мууга) не стоит говорить, прежде чем не наладятся политические отношения Эстонии с Россией. То есть, если наше правительство желает развивать транзит китайской продукции, необходимо заключить трехсторонний договор между Эстонией, Россией и Китаем.

"Латышские соседи сумели заключить такой трехсторонний договор около полугода назад, — отметил Бронштейн. — И это — реальный договор, а не какой-то протокол о намерениях, что был заключен с Эстонией".

Бронштейн считает, что российскую нефть в Эстонию уже не вернуть и единственная возможность — переориентироваться на Китай. Если же руководствоваться логикой Ансипа, согласно которой экономической политике и окружающей среде Эстонии от уменьшения количества транзитных перевозок одна польза, то в Голландии живут крайне несчастные люди. Ведь через эту страну проходит в несколько раз больший транзитный поток, но почему-то тамошние жители, тем не менее, живут в среднем на 10 лет дольше, чем наши сограждане.