Однако к середине июля на подавление этих протестов бросили уже не местную полицию, а федеральные силы. В конце июня — после волны вандализма против памятников — президент Дональд Трамп своим указом санкционировал использование федеральных агентов для охраны монументов и федеральных зданий (то есть тех, в которых находятся офисы различных органов власти: полиции, судов и так далее).

Министерство внутренней безопасности США (Department of Homeland Security) для подавления протестов сформировало ”группы быстрого реагирования”, в которые вошли бойцы спецназа нескольких силовых ведомств: Бюро таможенного и пограничного контроля, Управления транспортной безопасности, береговой охраны и иммиграционной полиции США. Среди них есть сотрудники, проходившие военную службу в Ираке и Афганистане.

Предполагалось, что федеральную помощь в подавлении протестов должны были запрашивать администрации тех городов, которые не могут справиться с беспорядками силами собственной полиции. Некоторые мэры — например, Портленда, а также губернатор штата Орегон — прямо заявили, что они против присутствия федералов в своих городах. Но отряды министерства внутренней безопасности эти заявления проигнорировали. Правда, некоторые сотрудники министерства анонимно жаловались изданию BuzzFeed, что жестокость, которую проявляет их ведомство по отношению к протестующим, вредит публичному имиджу министерства и разрушает доверие между федеральными властями и обществом. Впрочем, судя по кадрам с разгона протестов, таких диссидентов в министерстве не так уж и много.

Таким образом, протесты вошли в повторяющийся цикл. Федеральные агенты, применяя слезоточивый газ, светошумовые гранаты и другие спецсредства против протестующих, разгоняют очередную демонстрацию. В ответ на это собирается новый стихийный митинг против полицейского насилия, некоторые участники которого начинают кидать камни и бутылки в полицию и бить стекла — и федеральные агенты разгоняют этот митинг с еще большей жестокостью. Что, в свою очередь, приводит к новым акциям протеста.

Как и в начале протестов, силовики часто намеренно атакуют журналистов: например, 22 июля в Портленде досталось съемочной группе российского Первого канала. На других записях видно, как бойцы спецназа пускают струю перцового спрея прямо в лицо медсестре, которая пыталась помочь одному из раненых протестующих.

Как расширяется протест — и кто протестует помимо сторонников BLM и антифашистов

Акции гражданского сопротивления вовлекают все новых и новых участников, помимо активного ядра из сторонников движения Black Lives Matter и антифашистов. В Портленде группа женщин образовала живую цепь вокруг демонстрации сторонников движения BLM, эта акция называлась ”Стена из мам”. Они скандировали лозунги вроде ”Федералы, убирайтесь” и держали плакаты ”Ваша мама вами крайне недовольна” — за что тоже получили порцию слезоточивого газа.

Многие приходят на акции протеста впервые, увидев в соцсетях или СМИ, с какой жестокостью федеральная полиция разгоняет демонстрации. Например, 53-летний ветеран военно-морских сил США Кристофер Дэвид приехал на автобусе в центр Портленда после того, как обнаружил в соцсетях видеозаписи, на которых федеральные агенты заталкивают протестующих в черные фургоны без надписей и увозят в неизвестном направлении. Ветеран объяснил в интервью The New York Times, что просто хотел спросить у федералов, как жесткий разгон демонстраций в городах, вопреки возражениям местных властей, согласуется с их клятвой защищать Конституцию США. В ответ его избили дубинками, сломав ему руку, и опять-таки прыснули в лицо слезоточивой смесью.

Кроме того, сообщает USA Today, столкновения происходят не только между демонстрантами и полицией, но и между вооруженными группировками: в Луисвилле полиции удалось мирно разрешить противостояние между 300 членами афроамериканского ополчения NFAC (Not Fucking Around Coalition) и 50 представителями ультраправого движения. Обе стороны были тяжело вооружены. Проходят и митинги сторонников власти: в Чикаго в субботу, 25 июля, состоялась демонстрация противников инициативы по урезанию бюджетов полиции под названием ”Поддержи синих” (Back the Blue) — то есть полицейских.

Новая фаза протестов против полицейского насилия началась в Портленде, где демонстрации проходят каждый день уже два месяца подряд. Помимо Портленда похожие акции протеста набирают силу и в других американских городах: самые крупные — в Окленде, Лос-Анджелесе и Сиэтле, но акции гражданского сопротивления привлекают и жителей менее крупных городов типа Ричмонда, штат Вирджиния, пишет The New York Times. В Остине, штат Техас, в перестрелке погиб один из протестующих.

Во многих случаях мирные акции протеста заканчиваются вандализмом и разрушением. В Окленде демонстранты подожгли здание суда, перебили окна в полицейском участке и разукрасили его стены граффити. В Сиэтле участники акции протеста забросали полицейских пиротехникой, в результате чего пострадали 12 офицеров, сообщает The New York Post. На кадрах местных телекомпаний и журналистов из Сиэтла также видны масштабные разрушения в городе и множество еще горящих, дымящихся и подвергшихся актам вандализма зданий.

Некоторые историки говорят, что по уровню насилия на массовых протестах и разрушений 2020 год имеет шанс опередить один из самых разрушительных годов в истории Америки ХХ века — 1968-й.

А что Трамп?

Президент США Дональд Трамп практически ежедневно пишет в твиттер о протестах, ретвитит своих сторонников и выступает на канале Fox News. Он обвиняет в происходящем своего наиболее вероятного соперника на будущих президентских выборах (праймериз Демократической партии еще не состоялись) Джо Байдена, мэров городов, которые отказываются принять помощь федеральной гвардии в подавлении протестов, — а также грозится направить еще больше федеральных агентов для разгона ”бандитов” и ”анархистов”.

При этом он уже использует массовые акции протестов против полицейского насилия в рекламных материалах своей предвыборной кампании. 20 июля вышел такой ролик: в антиутопической Америке, где на выборах победил Джо Байден, полицию упразднили и старушка тщетно пытается набрать номер 911, когда в ее дом ломится грабитель.

До конца первого президентского срока Трампу осталось ровно 100 дней. Праймериз Республиканской партии он точно выиграет: у него попросту нет ни одного конкурента. По последним опросам, Байден опережает Трампа на 10% в национальных рейтингах, но это не значит, что ситуация не поменяется в последний момент. Уже сейчас многие обозреватели задаются вопросом: а если Трамп проиграет выборы, каков шанс, что он мирно признает поражение и уйдет? Кажется, этот шанс невелик: Трамп уже вовсю твитит, что предстоящие выборы будут ”самыми сфальсифицированными в истории”.

Издание Vox смоделировало возможный сценарий развития событий дня выборов, 3 ноября 2020 года: Трамп проигрывает, но валит все на ”заговор глубинного государства” и день за днем отказывается признать поражение, спровоцировав масштабный конституционный кризис.