Мюллер не нашел достаточных оснований для того, чтобы обвинить президента Дональда Трампа в сговоре с России или в препятствовании правосудию. В то же время он не утверждает, что президент невиновен. Решающее слово останется за Конгрессом.

Публикации доклада спецпрокурора Мюллера предшествовала получасовая пресс-конференция генпрокурора Уильяма Барра. На ней он, в основном, повторил то, что 24 марта написал в письме Конгрессу по итогам изучения финальных материалов расследования — нет доказательств сговора Трампа или кого-то из его штаба с российским правительством, нет оснований для вывода о препятствовании президентом правосудию.

Но на этот раз Барр был более конкретен и одновременно эмоционален. Чиновник заявил, что ”президент столкнулся с беспрецедентной ситуацией: когда он занял пост с намерением приступить к исполнению собственных обязанностей, федеральные агенты и прокуроры уже тщательно изучали его действия до и после вступления в должность, а также действия некоторых людей из его окружения”. По мнению Барра, из материалов расследования следует, что президент ”был разочарован и возмущен, искренне полагая, что расследование подрывает его авторитет”, что оно ”инспирируется его противниками и подпитывается противозаконными утечками”.

На основании всего этого генпрокурор делает вывод, что Трампа нельзя привлечь к ответственности за препятствование правосудию, поскольку он сам был жертвой обстоятельств.

Речь Уильяма Барра не понравилась даже некоторым из сторонников нынешний президентской администрации. В частности, обозреватель телеканала Fox News Крис Уоллас заявил, что Барр ведет себя, скорее, как ”советник президента”, а не как генпрокурор.

Некоторые страницы отчета были вымараны перед публикацией

Спустя примерно два часа отчет Мюллера поступил в Конгресс и был опубликован в интернете. Значительная часть информации в документе, однако, не отображена. Не подлежат публикации сведения, касающиеся текущих расследований, представляющие важность для разведки, показания перед Большим жюри, а также ”потенциально компрометирующие сведения о третьих лицах”.

В результате, из 448-страничного текста вымараны целые страницы — и больше всего их в той части, где речь идет о конкретных примерах российского вмешательства в президентские выборы-2016. Правда, Барр пообещал, что некоторым представителям обеих партий будет предоставлен к документам, но на условиях неразглашения.

Россия была заинтересована в Трампе, а Трамп — в России. Но сговора не было

Значительная часть сведений о российском вмешательстве в выборы, опубликованная в докладе, была известна и ранее. По многим случаям в США начаты уголовные дела. При этом во всех этих случаях команде Мюллера не хватило доказательств для того, чтобы сделать окончательный вывод о том, что между российскими гражданами и сотрудниками штаба Трампа существовал сговор.

Возможно, самый характерный пример касается опубликованных на WikiLeaks писем из штаба Демократической партии. В ходе расследования было установлено, что хакерскую атаку на демократов предприняли агенты ГРУ, они же отправили полученные сведения WikiLeaks. Доказано и то, что между высокопоставленными сотрудникам штаба Трампа, включая сына будущего президента, и WikiLeaks шла оживленная переписка и координация действий. Но поскольку нет достаточных оснований утверждать, что одна, другая или обе стороны осознанно сотрудничали с ГРУ, — нет и состава преступления, которое можно было бы квалифицировать как сговор.

”Хотя расследование установило, что российское правительство осознавало, что выиграет от президентства Трампа и работало на то, чтобы обеспечить этот результат, а его штаб, в свою очередь, рассчитывал получить выгоду от информации, украденной и опубликованной благодаря России, расследование не установило, что члены штаба Трампа состояли в сговоре либо же координировали действия с российским правительством в его вмешательстве в выборы”, — сказано в отчете.

В докладе фигурирует ”Автономная республика Донбасс” с Януковичем во главе и другие планы налаживания отношений с Россией

В отчете Мюллера упоминается несколько нереализованных инициатив по изменению американского внешнеполитического курса. Так, партнер Пола Манафорта Константин Климник, которого в США считают сотрудником российской разведки, в августе 2016 года передал ему предложение, якобы исходящее от экс-президента Украины Виктора Януковича. В качестве способа урегулирования на востоке Украины тот предлагал создать в индустриальных районах Донбасса автономную республику, главой которой стал бы он сам. В обмен на поддержку этого плана, который в отчете характеризуется как ”запасной” для России, Янукович обещал обеспечить Манафорту прием ”на самом высоком уровне”.

Судя по тексту отчету, план урегулирования, предложенный Януковичем, обсуждался вплоть до весны 2018 года, но команда Мюллера не нашла доказательств того, что Манафорт информировал о нем Трампа или кого-либо из окружения президента. Правда, следователи подчеркнули, что Манафорта уже ловили на вранье под присягой.

В свою очередь, глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев, утверждается в отчете, наладил контакты с Риком Герсоном, близким другом зятя Трампа Джареда Кушнера, и предложил ему план по восстановлению российско-американских отношений. План включал такие темы, как борьба с терроризмом, оружие массового поражения и экономические связи стран.

Кушнер передал предложения тогдашнему госсекретарю Рексу Тиллерсону и советнику по нацбезопасности Стиву Беннону, а Дмитриев настойчиво просил о реакции, говоря, что это очень интересует ”шефа” — очевидно, имеется в виду Владимир Путин. После первого телефонного разговора между президентами двух стран Дмитриев сказал Герсону, что его план ”сыграл важную роль”. Герсон сообщил следователям, что действовал исключительно по собственной инициативе, не согласовывая это ни с кем из команды Трампа.

Первая реакция Трампа на начало расследования Мюллера: ”Это конец моего президентства”

Самый разошедшийся по мировым СМИ фрагмент отчета касается первой реакции Трампа на начало расследования против него и его окружения. Спецпрокурор Мюллер начал работать 17 мая 2017 года, всего через несколько месяцев после инаугурации. Трампу новость принес тогдашний генпрокурор Джефф Сешнс. Как указано в отчете со ссылкой на записи начальника аппарата Минюста Джоди Ханта, президент откинулся на спинку стула и произнес: ”О боже. Это ужасно. Это конец моего президентства. Меня поимели”. Правда, лояльная Трампу компания Fox полагает, что речь шла исключительно о возможности вести свою политику, которая теперь будет резко ограничена.

К тому моменту Сешнс отстранил себя от надзора за расследованием, поскольку сам участвовал в избирательной кампании и встречался с российскими бизнесменами. Трамп был этим ”взбешен”. ”Как ты мог такое допустить, Джеф? — спрашивал он. — Ты должен был меня защищать!”

От обвинений в препятствовании правосудию Трампа спасли подчиненные

Многие из десяти эпизодов, в которых Мюллер искал попытку препятствовать правосудию, касались именно стараний Трампа убедить генпрокурора взять расследование под контроль или уйти в отставку. Еще один эпизод касается увольнения директора ФБР Джеймса Коми, который первым начал изучать связи окружения Трампа с Россией. Пытался Трамп отстранить и самого Мюллера.

Во многих из этих случаев требования Трампа саботировали его собственные советники — и этим, как выяснилось, очень помогли ему. Одна из причин, почему Мюллер не решился вынести президенту обвинение в препятствовании правосудию, состояла в том, что установить удалось не давление на следствие, а только намерение его оказать. Другая — в том, что спецпрокурор посчитал, что некоторые кадровые решения, потенциально влияющие на расследования, входят в прерогативы президента.

Кроме того, Мюллер затруднился определить, можно ли квалифицировать как воспрепятствование правосудию публичные заявления через твиттер, пусть даже они носили откровенно оскорбительный характер. Наконец, проблемой для Мюллера оказалось решить, имеет ли он вообще право самостоятельно предъявлять обвинения действующему президенту.

Роберт Мюллер оставил последнее слово за Конгрессом

Несмотря на победные заявления Трампа и его сторонников, Мюллер оставил противникам президента достаточно большое пространство для маневра. В своем письме месячной давности генпрокурор Барр, назначенец Трампа, цитирует отчет, где говорится, что ”хотя расследование не установило, что президент совершил преступление, оно и не оправдывает его”. В полной версии заключение спецпрокурора выглядит даже более категоричным: ”если бы после тщательного расследования фактов у нас была уверенность, что президент точно не препятствовал правосудию, мы бы это констатировали”.

Более того, по мнению спецпрокурора, Конгресс имеет право вынести финальную оценку относительно того, имел ли место факт препятствования правосудию. ”Вывод, что Конгресс может применять законы о препятствовании правосудию в отношении ненадлежащего исполнения президентом своих обязанностей, соответствует нашей конституционной системе сдержек и противовесов и принципу, что ни один человек не может быть выше закона”, — говорится с докладе.

Сразу после пресс-конференции Барра демократы заявили, что планируют вызвать Мюллера для дачи показаний в Конгресс. В администрации Трампа дали понять, что не имеют ничего против. Каковы будут дальнейшие действия оппозиции, пока неясно. Теоретически на его основании демократы могут даже инициировать импичмент, но для этого необходимо заручиться поддержкой хотя бы части республиканцев, которые контролируют большинство мест в Сенате.

До следующих выборов осталось полтора года, и лидер демократического большинства в Палате представителей Ненси Пелоси еще ранее говорила, что считает импичмент целесообразным. Доклад Мюллера не дает особых надежд, что кто-то из президентской партии решит, что он совершил преступление, достаточное для отстранения от должности.