В Македонии провалился референдум о переименовании страны и ее сближении с ЕС и НАТО. В голосовании в воскресенье, 30 сентября, за полчаса до закрытия участков приняли участие всего около 34 процентов жителей страны, имеющих право голоса. Чтобы референдум считался состоявшимся, явка должна была составить не менее 50 процентов. При этом голосование имело "совещательный" характер, поэтому его результат не является обязывающим для властей страны. Парламент может одобрить соглашение с Грецией об изменении названия Македонии двумя третями своего состава.

Никогда раньше македонскую столицу Скопье не посещало столько ведущих западных политиков, как за один лишь сентябрь 2018 года. Канцлеры ФРГ и Австрии, генеральный секретарь НАТО, министры обороны США и Италии — вот неполный список сентябрьских гостей премьер-министра Македонии Зорана Заева. Все они приезжали поддержать жителей и руководство страны перед назначенным на 30 сентября референдумом. Вопрос на нем один — "Поддерживаете ли вы вступление в ЕС и НАТО, соглашаясь с договором между Македонией и Грецией?"

Договор, который упоминается в этом непросто сформулированном вопросе, — это так называемое Преспанское соглашение о переименовании Македонии в Республику Северная Македония. 17 июня 2018 года об этом договорились премьер Зоран Заев и его греческий коллега Алексис Ципрас. Если переименование действительно произойдет, то долгий конфликт между Афинами и Скопье завершится, что откроет переименованной Македонии путь к вступлению в Европейский Союз и НАТО.

Обвинения США в адрес Москвы

Посетивший в сентябре Скопье министр обороны США Джеймс Мэттис обвинил Россию в попытках повлиять на исход референдума. Он заявил, что "не имеет сомнений" в том, что Москва выделила финансирование и провела "широкую кампанию по оказанию влияния" на жителей страны.

В Москве все обвинения опровергли: глава МИД России Сергей Лавров 21 сентября заявил, что это США и Европа вмешиваются во внутренние дела Македонии — тем, что представители западных стран, по его словам, "не стесняются агитировать за голосование в пользу Преспанского соглашения". Лавров призвал для сравнения обратить внимание на действия России: "Мы ничего не говорим такого, что могло бы истолковываться как агитация за то или иное голосование".

Действительно, следов вмешательства России в македонский референдум перед его началом не наблюдалось. Но Лавров не договаривает. Именно Россия оказалась летом в центре скандала вокруг этой балканской страны: в адрес Москвы прозвучало сразу несколько обвинений со стороны самой Македонии, а также Греции и США.

Македонский премьер Заев, в частности, обвинил "греческого бизнесмена, сочувствующего России", в подкупе целого ряда политических движений внутри страны для организации насильственных действий и беспорядков с целью повлиять на общественное мнение перед референдумом.

Согласно внутренним документам МВД Македонии, главный подозреваемый в этом деле — российский бизнесмен с греческими корнями Иван Саввиди. Схожие обвинения в адрес Москвы — в попытке помешать соглашению между Грецией и Македонией и тем самым вступлению последней в ЕС и НАТО — стали основанием для высылки двух российских дипломатов из Греции в июле 2018 года. В 2017 году власти другой балканской страны, Черногории , заявили о попытке госпереворота при участии российских спецслужб на фоне вступления этой страны в НАТО.

Главная заботой властей Македонии была явка на референдуме

Не исключено, что следов активности накануне голосования не было видно потому, что просто в Кремле достигнутый результат уже рассматривали как удовлетворительный: ведь у сторонников вступления Македонии в ЕС и НАТО не было уверенности в том, что они победят. Сторонники положительного ответа лидировали в последнее время — их, по данным соцопросов, было около 57 процентов. Однако за неделю до голосования за бойкот референдума высказался президент страны Гёрге Иванов. К бойкоту призывали и политики оппозиционных партий. Нынешние оппозиционеры в течение 10 лет входили в правительство и считаются влиятельными в Македонии.

Чтобы референдум был признан состоявшимся, в нем должны принять участие не менее 50 процентов жителей страны, имеющих право голоса. Это около 900 тысяч человек, объяснил DW эксперт по Балканам из берлинского фонда "Наука и политика" (SWP) Душан Рельич (Dušan Reljić). "Македония фактически обезлюдела, — констатирует он. — Можно исходить из того, что в стране реально находятся 1,3-1,4 млн человек из 2 млн, числящихся "на бумаге". Поэтому главной проблемой премьер-министра Заева было обеспечение необходимой явки.

"Вполне возможно, что большинство жителей страны и готовы ответить "да" на вопрос референдума, но не совсем ясно, придут ли они вообще голосовать", — подчеркнул Рельич накануне голосования. По данным западных дипломатов, которых цитирует американская газета The New York Times, в последнее время в социальной сети Facebook ежедневно появлялось "по 40 страниц", призывавших македонцев бойкотировать референдум. В финансировании подобных страниц дипломаты подозревают Кремль.

Что не нравится Кремлю

DW попросила экспертов оценить, какую опасность могла увидеть для себя Москва, если македонцы на референдуме положительно ответили бы на вынесенный на голосование вопрос. Как отметил гендиректор московского Института региональных проблем Дмитрий Журавлев, с экономической точки зрения возможное вступление Македонии в ЕС не представляет никакой опасности для России.

С ним согласен Душан Рельич — он напомнил, что примерно 80 процентов внешнеторгового оборота Македонии и так уже приходится на ЕС, прежде всего на Германию. Немецкие средние и крупные предприятия, особенно из автомобильной индустрии, уже инвестируют в экономику Македонии, в первую очередь в местных поставщиков комплектующих, продолжает берлинский эксперт.

"Большинство нефтеперерабатывающих заводов и предприятий металлургии в стране принадлежат британским и греческим компаниям. Гастарбайтеры из Македонии работают по всей Европе. Весь регион бывшей Югославии глубоко интегрирован в Европейский Союз — экономически, а также через человеческие контакты", — перечисляет Рельич. В итоге, добавляет он, сегодня "Македония с хозяйственной точки зрения очень мало имеет общего с Россией или другими мировыми игроками, кроме Китая".

А вот проблемой — причем, по выражению Журавлева, больше системной, чем конкретной — может быть расширение НАТО. "Не потому, что присоединение именно Македонии к альянсу может как-то повлиять на жизнь России, а просто потому, что расширение военных союзов — не самая разумная сейчас политика. У Москвы же нет сейчас "своего" альянса. Попытка расширения НАТО воспринимается как попытка нарушения равновесия", — указывает российский эксперт.

Внутренние проблемы Македонии

Душан Рельич видит цель стран Запада не столько в самом по себе вступлении Македонии в Североатлантический альянс и в Евросоюз. "Македония является этнически разделенным государством, в котором значительная часть албанского меньшинства не может себя идентифицировать с македонским государством. Поэтому членством в НАТО и перспективой на вступление в ЕС Запад надеется стабилизировать Македонию внутренне", — отмечает Рельич.

Албанское меньшинство живет на территориях, примыкающих к Косово и Албании, где тоже проживают этнические албанцы. И его терпение, по словам Рельича, постепенно заканчивается: "Это питает опасения по поводу возможности создания в регионе этнического паналбанского государства, что повлечет за собой дестабилизацию не только Македонии, но и всего региона. Со вступлением страны в НАТО Запад надеется на стабилизацию региона и на исчезновение призрака "великой Албании".