"Око Москвы. Вездесущее, всемогущее. Оно все видит и все фальсифицирует. Русские способны привести к победе Трампа в США, скинуть Ренци в Италии и совершить кибератаки на сайт движения "Вперед!" Эммануэля Макрона. Франсуа Фийон и Марин Ле Пен подозреваются в том, что выразили им преданность, — говорится в статье. — Вдобавок мощное внедрение двух информационных российских каналов Spoutnik и RT во французский интернет. Даже философ Ален де Бенуа, экономист Жак Сапир, политики Жан-Пьер Шевенман и Юбер Ведрин дали им интервью. В социальных сетях "царь Путин" изображен с обнаженным торсом, он играет мускулами, красуется на рыбалке на крупную рыбу или верхом на лошади, словно для того, чтобы лучше подчеркнуть слабость Олланда. Словно свободный и завоевательный мир находится уже не в Нью-Йорке, а в Москве".

"Наконец, дальше всех заходят литераторы, которые упиваются идеями о загадочной русской душе или проводят зимовку в сибирских лесах. "О, мы любим этих русских. Они гордятся своей историей, они чувствуют прилив патриотических мыслей, они избирают подавляющим большинством своего президента. Тьфу! Они стали подозрительными, с ними не следует водиться", — пишет путешественник, журналист, писатель Сильвен Тэссон в своем романе "Березина". В то время как писатель, сценарист, кинорежиссер Эммануэль Каррер, получивший премию "Ренодо" в 2012 году за роман-биографию "Лимонов", бичует "гламурных левых", находящихся в оппозиции к Путину", — сообщает автор статьи.

"Брежнев оценивал Францию, как "16-ю советскую республику". Должны ли мы теперь ее расценивать как расширение путинской империи? "Французские правые стали агентами влияния Владимира Путина", — выражают свою обеспокоенность многие интеллектуалы, среди которых историк Ален Безансон, эксперт по России Франсуаза Том и философ Филипп Рейно в статье, опубликованной Le Monde в марте 2015 года. Там они сокрушались по поводу существования "российской партии", срыгивающей "кремлевскую пропаганду" и находящей удовольствие в блаженном восторге перед "сильным лидером" Москвы", — передает Бастье.

"Чтобы понять роль России как движущей силы для нашей интеллигенции, нужно заглянуть вглубь веков, — считает автор статьи. — Уже в XVIII веке "славянофилы" и "западники" выступали друг против друга. В то время прогрессивные деятели эпохи Просвещения, во главе с Вольтером, были очарованы "просвещенным деспотизмом" Петра Великого и Екатерины II. После смерти философа императрица купила библиотеку Вольтера в Фернее, и с тех пор она хранится в Российской национальной библиотеке в Санкт-Петербурге".

Как поясняет Филипп Рейно, "только в XIX веке русофильство сомкнулось с правыми".

"В долгом советском мрачном периоде наконец появилось значительное число писателей (Андре Жид, Луи-Фердинанд Селин, Луи Арагон…) и французских интеллектуалов (Жан-Поль Сартр), которые с большим или с меньшим успехом совершили поездку в Москву", — продолжает автор.

Сегодня этот раскол происходит даже внутри лагеря консерваторов. Так, философ и публичный интеллектуал Ален Финкелькраут обеспокоен любовью некоторых своих друзей к Путину: "В Европе все больше людей осознают, что они связаны со своей культурой. Они обнаруживают, что она смертна. Огорчает меня то, что они думают, будто эта культура может быть спасена только Путиным".

"Историк Ален Безансон идет еще дальше. "Есть два вида русомании": за манией "коммунистов, которые духовно жили в СССР", последовала мания "консерваторов, предающихся мечтаниям о старомодной христианской России, являющейся гарантом утраченных ценностей". Этот бывший коммунист обратился в сторонника антитоталитаризма после прочтения доклада Никиты Хрущева о преступлениях сталинизма, — указывает Бастье. — Его недоверие порой переходит в паранойю, когда он, к примеру, доверительно нам рассказывает: "У нас всегда были российские агенты. Фийон — один из них".

"Антипутинизм порождает непредвиденные последствия, — усердствует философ Люк Ферри. — Это интеллектуальная традиция, отчасти свойственная людям, которые сначала были сталинистами до мозга костей, а теперь разыгрывают из себя ангелов-правозащитников!"

"Помимо самой личности Путина, Россия является призраком, который контрастно подсвечивает судьбу Запада, — комментирует Бастье. — Для некоторых европейцев российский путь представляется в качестве альтернативы этому фатальному упадку. Разложению универсализма без независимости, христианства без современных взглядов, того Рима, который не последовал по пути Просвещения". "Россия говорит Европе: мы не хотим быть такими, как вы, — заявляет Жан-Франсуа Колозимо, писатель и философ, директор издательства Cerf, — и Европа этого не выносит".

"Волнующая и чарующая Святая Русь способна стать зеркальным отражением наших слабостей, — говорится в статье. — Об этом Жерар Депардье, недавно принявший гражданство России, резко сказал в своем интервью журналу Vanity Fair: "Я готов умереть за Россию, потому что тут сильные люди; совершенно не хочу сдохнуть дураком в сегодняшней Франции".