Возможно, он наступил бы и без Евросоюза. Но его качество никогда не было бы таким, как сейчас. Нынешний мир делает особенным примирение: Вилли Брандт преклоняет колени в Варшаве, портовые рабочие Гданьска собираются на манифестацию, Ростропович исполняет Баха у разрушенной Берлинской стены…

Впрочем, одни только символические жесты мира не гарантируют. Здесь вступает в игру т.н. секретное оружие Евросоюза — настолько сильное переплетение интересов, что война становится практически невозможной. Делаем это посредством постоянных переговоров, вовлекая все больше тем и государств.

Евросоюз в совершенстве владеет высоким искусством компромисса, все государства покидают переговоры победителями.

Основатели ЕС понимали, что для обеспечения мира в XX веке надо мыслить дальше национального государства. Уникальность проекта Европы состоит в том, что получилось объединить легитимность демократических государств и надгосударственных институтов, продвигающих общие европейские интересы.

Стремление к единству Европы — не самоцель, а средство для достижения более крупных целей. Это стремление к космополитичному строю.

Альфред Нобель работал во имя того, чтобы в Европе царствовал мир. За последние 60 лет Евросоюз доказал, что объединение народов разных стран возможно.

У Европы, которая восстала из пепла в 1945 году и которая вновь объединилась в 1989-ом, есть способность идти в ногу со временем. Следующие поколения должны продолжить наше общее начинание. Надеемся, что они возьмут на себя эту ответственность с гордостью. Что и они смогут однажды сказать: европеец — это звучит гордо”.

Сокращенная версия речи, с которой глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Баррозу и председатель Европейского совета Херман ван Ромпей выступили 10 декабря в Осло, принимая от имени Евросоюза Нобелевскую премию мира.