На момент написания этих строк единственным из официальных лиц Эстонии, кто высказался в масс-медиа по этому поводу, стал бывший министр иностранных дел, а ныне депутат Европарламента Урмас Паэт.

Два enfant terrible в одной упаковке

Если как-то суммировать мнения комментаторов, то их отношение к диалогу ”Трамп — Ким Чен Ын” сводится, в общем-то, к оценке сложившейся ситуации как некоего казуса, от которого не знаешь каких последствий ждать и вообще как его воспринимать.

В значительной степени такое отношение обусловлено поведением самих фигурантов ”дела”. Нынешний американский президент еще до своего избрания на этот пост заслужил в мировой политике титул ”несносного ребенка” и продолжает поддерживать этот имидж. А его северокорейский партнер, так тот и вовсе пользуется такой репутацией еще до своего рождения, поскольку сын и внук диктаторов иным быть не может по определению.

Фиксируя свое внимание на этом обстоятельстве, эксперты не то чтобы не замечают ожидаемых последствий подписанного в Сингапуре документа, а как-то заранее принижают его значение.

При этом фактически признается, что, во‑ первых, если оба лидера в ближайшей или отдаленной перспективе откажутся от выполнения достигнутых договоренностей, то никого этим не удивят; а во‑ вторых, там, собственно, и выполнять-то нечего…

Вторая особенность ”повестки дня” состоит в том, что анализ американо-северокорейских переговоров и их итогов преимущественно рассматривается вне ситуативного контекста, то есть без учета сопутствовавших событий. А эти события уже сами по себе заслуживают более пристального внимания и углубленного анализа.

Сначала — уже после назначенной даты саммита — обмен, формулируя мягко, колкостями между Трампом и Кимом, который (обмен) едва не повлек за собой срыв если не переговоров вообще, то, как минимум, намеченных сроков встречи. Затем — более чем экстравагантное поведение и высказывания американского президента накануне, во время и после саммита Большой Семерки, очень удачно предшествовавший диалогу глав США и КНДР.

Среди таких высказываний особое место занимает призыв вернуть в этот элитарный клуб изгнанную оттуда четыре года назад Россию. Не лишены также интереса отказ отменить повышение таможенных тарифов на импорт металлов из стран ЕС, Канады и Мексики; подписание итогового совместного коммюнике G7 и почти немедленный отзыв подписи…

Что же касается Ким Чен Ына, то его высказываниям и поступкам мировые СМИ особого внимания не уделяют, поскольку он заслуживает звания enfant terrible уже самим фактом своего существования. Ну, разве что, для равновесия в соперничестве с Трампом по части экстравагантности, подробно описывается особый режим безопасности, обеспечивавшийся ”новой звезде” и ”гению среди гениев в военной стратегии” (официальные титулы Ким Чен Ына на родине) спецслужбами КНДР и Сингапура; а также специально привезенный для него личный унитаз…

Ну нет у меня других писателей!

Рассмотрение этих двух событий (саммит G7 и встреча Трампа и Кима) по отдельности создает картину пикантную, но двухмерную, лишенную объема. В этом смысле Урмас Паэт демонстрирует более высокий профессионализм, увязывая оба саммита, а также сопутствовавший им фейерверк трамповского остроумия, в одну причинно-следственную цепочку. Другое дело, что, на мой взгляд, при этом европарламентарий выбрал неверную отправную точку, и это с неизбежностью привело и к ошибочным выводам.

По словам Паэта, процитированным порталом Delfi, ”восхищение президента США Дональда Трампа диктаторами и одновременные попытки затеять ссору с союзниками вызывает беспокойство”. Употребляя слово ”диктаторы” во множественном числе, экс-министр иностранных дел имеет в виду и Ким Чен Ына, и власти Саудовской Аравии, и президента Турции Эрдогана, и, в более завуалированной, но достаточно прозрачной форме, президента России Путина.

”Со всеми ними Трамп как будто ладит очень хорошо, но в то же время он затевает ссору с главами демократических стран-союзников США”, — приводит издание мнение Паэта.

Реальность же, как мне представляется, гораздо любопытнее. На самом деле Трамп ни с кем не ссорился. Понятно же, что рано или поздно он и его партнеры по G7 придут к консенсусу — это в их общих интересах.

А затеянная им накануне приезда в Сингапур склока с остальными шестью членами ”семерки” — это, в свойственной Трампу гротесковой манере, — прямой посыл товарищу Киму: смотри, ради того, чтобы заслужить твое доверие и расположение, я готов к обострению отношений со старыми друзьями, так что цени… Одновременно здесь же и завуалированное предостережение: видишь, я даже с союзниками могу быть жестким, так что будь, пожалуйста, сговорчивее!

Возникшую глубокую задумчивость эстонских политиков можно понять (Урмас Паэт, хоть и является членом Европарламента, в этом качестве не может выражать официальную точку зрения). Выступать с резкой критикой действий Трампа, грудью встав на защиту остальных лидеров G7, — значит навлечь на себя неудовольствие хозяина Белого дома. А чем неудовольствие импульсивного Трампа может обернуться, нетрудно себе представить.

Безоговорочно поддержать американского президента? А как же европейская солидарность? Так что приходится выжидать. И это в сложившейся ситуации самое мудрое: все равно других вариантов не дано.

Можно, конечно, бесконечно сетовать по поводу непредсказуемости и утомительной оригинальности Трампа, а также сокрушаться о существовании диктаторских режимов. А толку?!

…Некий партийный функционер Поликарпов как-то пожаловался Сталину на то, что многие писатели пьянствуют, ведут ”аморальный образ жизни” и т. д. На что вождь заметил раздраженно: ”В настоящий момент, товарищ Поликарпов, мы не можем предоставить вам других писателей”…